Книга Фамильяр и ночница, страница 60 – Людмила Семенова

Самым пугающим был ее запах — к хвое, кислой почве и ржавчине примешался легкий аромат озерной воды, малинового сока и совсем немного мускуса. Эти нотки Дана тоже знала, пусть и недолго. Так пахло от Рикхарда, причем в самые горячие и отчаянные моменты их короткой близости…

Северянка не думала нападать или угрожать — просто смотрела, затягивая в желтую смолу глаз страх, непонимание и боль, обуревающие Дану. Та не выдержала и отвернулась, уверенная, что промедление будет стоить ей жизни, а на счету Усвагорска появится еще одна жертва сонного паралича. Сделала несколько шагов и сорвалась на бег, не глядя по сторонам, — лишь бы подальше от призрачной девы, добравшейся до нее даже в Дюнах. Дане казалось, будто земля под ногами проседает и сочится, превращаясь в огромное болото, но наконец она достигла ровной дороги. Лесопарк, жуткие огоньки, колдун, Рикхард и дева с глазами совы остались позади, однако Дана не отдавала себе отчета, куда бежит. Город словно становился все дальше: ни голосов, ни конок, ни даже дымного запаха из труб.

Вдруг невдалеке послышался хриплый басовитый лай. Дана замедлила шаг и присмотрелась, но темнота успела окружить со всех сторон, и только теперь девушка осознала ужас своего положения. Совсем рядом вспыхнули собачьи глаза, налитые яростью и жаждой крови, а в следующий миг три крупных бродячих пса обступили ее.

Дана невольно вскрикнула и попятилась, но они неторопливо крались к ней, чуя, как страх вытягивает из добычи остаток сил. Еще шаг — и осела на колени, скованные накатившей слабостью. Она прикрыла глаза, будто надеясь, что кошмар сам собой развеется, обвила себя руками. Затем до нее донеслись быстрые шаги, собаки вновь залились яростным лаем и Дана решилась открыть глаза.

Рикхард появился стремительно, словно из-под земли, опустился на корточки и взглянул на собак горящими в темноте фиолетово-синими глазами. Они невольно отпрянули, затем вновь попытались атаковать Дану, но оборотень заслонил ее и тихо, по-звериному рыкнул, отгоняя озлобленных хищников от своей добычи. Почуяв более грозного и матерого зверя, собаки стали отступать и, не сводя глаз с Рикхарда и девушки, тревожно принюхиваясь, наконец скрылись за деревьями в ближайшем перелеске.

Только теперь Дана выдохнула и напряжение излилось со слезами. Рикхард чуть выждал и привлек ее к себе, безмолвно погладил по растрепавшимся волосам. Придя в себя, она заметила, что он босой и без сюртука, в одной белой сорочке, порванной на плече, — видимо, напоролся где-то на ветку. Впрочем, ее платье тоже изрядно пострадало, а ступни ныли от усталости так, будто к ним привязали пудовые гири.

— Спасибо, — шепнула она, прижимаясь к его теплой груди. Но в следующий миг шок отпустил Дану и она вспомнила все, что было в лесопарке перед ее побегом. Страх сменился гневом, она резко отстранилась и взглянула на парня совсем как на чужого.

— А теперь говори всю правду, — прошипела Дана, выставив руки вперед как щит.

Лесовик нахмурился. Его глаза обрели более привычный оттенок, глядели осмысленно, но как-то отчужденно и сурово, и девушка вновь испугалась.

— Дана, так не разговаривают с нечистой силой, — произнес он. — Нам предписано уважать вас, но не бояться! И то подобное уважение очень легко потерять. Ты сейчас ждешь от меня того ответа, который примет твое мировоззрение юной девочки, застрявшее между ведовством и мещанскими догмами. А настоящая правда куда шире, и ты, в свои годы и с крохотным опытом, ни в коей мере не можешь меня судить.