Онлайн книга «Бездна и росток»
|
— А как поживает наш общий друг? — спросила я наконец. — Как самый разыскиваемый преступник Сектора, — пожал плечами Пако. — Если у тебя есть желание, можешь сама у него всё узнать. — Ты отведешь нас к нему? — Не всех, — отрезал Пако. — Кто из вас главный? — Я. — Оникс сделал шаг вперёд. — Представляться не буду. Надеюсь, понятно, почему. — Сеньор «представляться не буду» и Фурия – сдаёте оружие и идёте со мной, — распорядился он, кивнув майору. — Остальные побудут вон с тем парнем, его зовут Лукас. И приготовьтесь к осмотру на наличие укусов. Это касается всех. Нам лишние сюрпризы ни к чему… * * * Облупленная стальная дверь, врезанная в торчащий из-под земли заросший кустарником холмик – вот и всё, что выдавало резиденцию одного из самых влиятельных людей на Пиросе, оперативный центр повстанцев и место, куда сходилась паучья сеть Альберта Отеро, растянутая по всей Соноре, а кое-где даже за её пределы. Метрах в трёхстах отсюда в хорошо замаскированной землянке всех нас подвергли полному осмотру, предварительно раздев донага. К счастью, среди персонала нашлась женщина-медик, которой и поручили работу со мной и Молнией, да ещё и выделили для этого отдельный занавешенный закуток. С нашими напарниками-спецназовцами, судя по их каменным лицам, обращались как со скотом – быстро, грубо, без лишних слов. Теперь, заново облачившись в броню, они пытались вернуть себе утраченное достоинство, но тень унижения ещё витала в их глазах… Дверка скрипнула, пропустила через себя трёх человек в тёмный коридор и захлопнулась, отсекая тёплый поток косых вечерних лучей. Колодец с уходящей вниз спиральной лестницей казался бездонным, но вскоре мы очутились в узком коридоре. Освещение тускло мерцало, где-то мерно гудел генератор. Оникс, могучий, как медведь, с трудом пробирался по лабиринту, пригибаясь под низкими плафонами. Его экзоскелет скрежетал по стенам, обдирая штукатурку, а каждый его шаг отдавался гулким эхом в тесном пространстве. Проход упёрся в хорошо укреплённый контрольный пункт. Два тяжёлых пулемёта смотрели прямо в проём гермодвери, не оставляя шансов незваным гостям на проникновение в штаб сопротивления, в его мозг. Отдав Пако честь, караульные пропустили нас дальше, в ещё один коридор. Было много людей, но суета здесь царила какая-то вялая, и напоминала утомлённо гудящий пчелиный улей, окуренный дымом. Чувствовалась всеобщая усталость. Люди в форме, сросшись проводами с многочисленной аппаратурой, делали свою работу просто потому, что её нужно было делать. Мрачные и сосредоточенные, они жили в мире шифров и координат. Будто не люди, а нервные узлы организма, работающего на последнем дыхании, они отрывисто передавали сообщения, принимали донесения, отдавали приказы и интересовались ситуацией, делая пометки на бумаге и на экранах мониторов. Поворот коридора, новый блокпост и пара часовых с оружием наготове, перекрёсток – и мы чуть ли не лицом к лицу столкнулись со стариком. Сжавшись в сгорбленный комок, он нёс заполненный водой электрический чайник, из носика которого поднимался пар. Старик почти прижимал к себе горячую ёмкость, будто самую большую в мире драгоценность. Похоже, здесь, за семью замками жили люди, скрытые ещё глубже, чем узел управления. |