Книга Утесы, страница 123 – Джули Кортни Салливан

— Кто не знает, меня зовут Камилла, – представилась она. – Я медиум, ясновидящая, целитель Рейки. Осознала свой дар, когда училась в старших классах. Знаю, это клише, но все началось, когда мы с подружками гадали на спиритической доске.

Джейн и Эллисон переглянулись. Спиритическая доска. Любимая игра школьных девичников. Они тоже в нее играли, надеясь получить ответ на величайшие вопросы мироздания, например узнать, влюблен ли в них Мэтт Митчелл.

— А еще я телепат, – продолжала Камилла. – Вы можете подумать, что так бывает только в кино. На самом деле, возможно, вы тоже обладаете телепатическими способностями. Например, матери часто умеют читать мысли детей. Вскакивают за секунду до того, как младенец заплачет или ребенок постарше упадет и ударится. Даже взрослые дети, живущие далеко от матерей, часто сообщают, что те позвонили им в самый кризисный момент.

Тут она посмотрела прямо на Эллисон и Джейн.

— Вы обе сейчас улыбнулись. С вами такое бывало?

— Да, – хором ответили они.

Много лет у них было что-то вроде кармической связи. Дэвид это так называл. Джейн брала телефон, чтобы написать Эллисон, и в тот же момент Эллисон присылала сообщение. А когда они находились в одной комнате, так часто говорили хором в точности одно и то же, что, наверно, смогли бы общаться и без слов.

— Вы мать и дочь? – спросила их Камилла.

Что? И кто чья мать, по ее мнению? Они с Эллисон родились в один год с разницей в два месяца. Возможно, Камилла не могла определить их возраст подобно тому, как Джейн не могла определить, сколько лет ей.

— Лучшие подруги, – ответила Эллисон.

Камилла кивнула, будто с самого начала это знала.

— Да. У супружеских пар тоже иногда так бывает. У братьев и сестер. Особенно близнецов.

— Вот это поворот, – прошептала Женевьева.

Джейн и Эллисон рассмеялись, пожалуй, слишком громко. Джейн и не думала, что Женевьева умеет шутить.

— Хорошо, давайте начнем, – сказала Камилла. – Очень много голосов хотят пробиться. Сегодня у нас аншлаг.

Она начала ходить взад-вперед, а потом произнесла:

— Женщина хочет поговорить. Ей шестьдесят пять, может быть, семьдесят лет, умерла от сердечного приступа. Кому это о чем-то говорит?

Десять человек подняли руки.

— Она говорит, что родилась в Мэне и прожила тут всю жизнь. Жила на озере, и у нее было трое детей.

Все руки опустились, кроме одной. Тучная женщина лет сорока пяти с редеющими волосами. Камилла подошла к ней.

— Она передает, что любит вас и прощает.

Женщина громко вздохнула, почти что застонала.

— Еще она говорит, что вы пересаливаете пищу, поэтому вашим детям не нравится, как вы готовите. Они вовсе не капризничают. Просто еда пересолена.

Не дав женщине ответить, Камилла направилась в другой конец шатра.

— Сообщение от ребенка родителям, – проговорила она.

Джейн заметила пожилую пару с парома: их лица засветились, они будто знали, что Камилла обратится к ним.

Но та прошла мимо и остановилась у другого столика, за которым сидела другая пара.

— Еще раз здравствуйте, – сказала она. – Можно к вам подойти?

— Да, – ответила женщина.

— Я рада, что вы привезли мужа. Сын хочет, чтобы вы оба залечили раны. Просит сообщить, что это не было самоубийство. Это был несчастный случай. Он не хотел умирать.

Мужчина расплакался. Его лицо побагровело от рыданий.