Книга Утесы, страница 74 – Джули Кортни Салливан

В прошлый раз они с Эваном виделись три или четыре года назад на конференции архивариусов в Майами. Конференция была посвящена адаптации к меняющимся технологиям – распространенной теме для обсуждений и причине беспокойства в среде архивариусов. Современные люди почти перестали писать бумажные письма, и тем более никто их не хранил. Каждый человек снимал по тысяче фотографий в месяц, но их никогда не печатали. Одним нажатием кнопки стиралась переписка за целый год без возможности восстановления.

Но эта проблема была далеко не нова. Тексты, написанные женщинами, – любовные письма, дневники, – в массе своей всегда выбрасывались. Их сжигали сами создательницы, выбрасывали и теряли дети.

В библиотеке Шлезингеров сотрудники старались выяснить, о чем думали женщины прошлого и что они чувствовали. Но порой даже многотомная автобиография не раскрывала такие интимные детали. Дневник отнюдь не всегда являлся изложением самых сокровенных мыслей и чувств: изливать душу на страницах начали относительно недавно. Джейн считала, что современные люди оставляют после себя куда более честные жизнеописания, чем люди прошлого. Посты в блогах, записи в соцсетях, электронные письма – все это складывалось в картину жизни. Но как ее сохранить? В этом крылась главная трудность.

Эван ответил на ее сообщение через несколько минут, написал, что точно не знает, есть ли у него информация о Литтлтонах, и пригласил приехать лично на следующий день и вместе поискать, поскольку послезавтра открывалась большая новая выставка, к которой он готовился несколько месяцев. А после этого он отправлялся в отпуск на неделю с семьей, которой совсем перестал уделять время, пропадая на работе и готовясь к выставке.

Джейн с удовольствием поехала в Портленд: она была рада сменить обстановку. Ей нравился этот город, его шумные улицы, оживленный порт и очаровательные старые дома из красного кирпича. Музей занимал три корпуса; в одном из этих зданий родился и вырос Генри Уодсворт Лонгфелло.

На парковке Джейн осенило, что кто-нибудь наверняка доложил Эвану, что она больше не работает в библиотеке Шлезингеров. В мире архивариусов все друг друга знали. И любили сплетни. Она пожалела, что раньше об этом не подумала. Иначе бы не поехала.

Эван поприветствовал ее в лобби. С университета он набрал килограммов десять, а на макушке появилась умильная маленькая лысина.

Он спросил, как дела в библиотеке.

Джейн вслушалась в его голос. Кажется, он не притворялся. Наверно, действительно ни о чем не знал.

— Отлично, – ответила она. – Много дел.

На этой неделе она должна была представлять научную работу на ежегодной конференции по женским исследованиям в Лондоне. Джейн почти дописала ее, когда все рухнуло. Конференция в том числе была посвящена вопросу адаптации женских архивов к современному миру. В библиотеке Шлезингеров об этом часто говорили. Ей так хотелось обсудить это с коллегами из других культур, выслушать их идеи и поделиться ими с командой.

Мелисса должна была поехать с ней. Джейн так ждала возможности побыть с начальницей один на один. Долгих разговоров за ужином. В первые годы работы в библиотеке они сблизились именно благодаря таким поездкам. На службе Мелисса поддерживала здоровую профессиональную дистанцию. Но смена места способствовала более расслабленному и свободному общению.