Книга 700 дней капитана Хренова. Бонжур, Франция, страница 112 – Алексей Хренов

Зато у Лёхи теперь было аж по двести патронов на здоровенный ствол — роскошь почти неприличная. Машина получилась чуть тяжелее, зато злая и совершенно неуставная.

Именно такая, какую он и любил.

* * *

Ранним утром 14 мая аэродром Сюипп проснулся раньше всех. Небо висело низко и серо, как дурное предчувствие, зато лётчики полезли в кабины и моторы бодро взрыкнули. Обе эскадрильи выстроились на взлёте с самым деловым видом, будто идут разбираться с недоразумениями и надеются управиться достаточно быстро.

«Ла Файет» построилась тремя четверками звеньев, в кои то веки аккуратно и без обычного бардака. Кокс оказался одиноким замыкающим в своём замыкающем звене. Взревев американскими моторами, все одиннадцать самолётов оторвались от земли и взяли курс на Седан с простым и вполне ясным намерением — очистить небо от фашистов, а заодно проверить, кто сегодня хозяин этого утра.

Эскадрилья держалась компактно и летела, как хорошо воспитанная очередь в магазин за дефицитными айфонами. Всё шло прекрасно, если не считать одного обстоятельства с фамилией Кокс. Этот деятель болтался зигзагами, чуть отстав, изображая бдительность и тонкую тактическую мысль. На языке французов это означало одно простое будущее — на обратном пути топлива ему может не хватить, зато он был уверен, что делает всё правильно.

Под ними лежало грязное море облаков, такое, будто его кто-то забыл постирать белье со времён прошлой войны. Иногда оно рвалось, открывая ещё более грязный слой снизу, и становилось ясно, что чистоты в этом мире сегодня не предусмотрено.

Чуть ближе к Седану небо впереди вдруг перестало быть пустым и приобрело отвратительный характер. Оно покрылось тёмными точками, которые крутились над городом с видом мух, пролезших в дом явно не по приглашению и изрядно задержавшихся. После долгого и совершенно бессмысленного утра вид сразу двух десятков немецких бомбардировщиков подействовал на всех одинаково — мгновенно и отрезвляюще.

Слева и выше показалась плотная формация самолётов. Лёха грустно посмотрел на приближающийся летающий матрас и коротко бросил в хрипящую рацию:

— Похоже слева бриты… самолетов десять-двенадцать.

На мгновение в строю возникло беспокойство, и пилоты подались вперёд, словно могли приблизить врага силой своего любопытства. Внизу шли «Юнкерсы 87», шеренга за шеренгой, парадным строем входящие во Францию, а затем аккуратно переворачивающиеся через крыло и падающие к земле с видом артистов, исполняющих смертельно опасный номер. Землю внизу они старательно украшали чёрными взрывами, без всякого чувства меры и художественного вкуса.

Позади и выше тянулось прикрытие из «мессершмиттов» — машин двадцать, не меньше.

— «Незначительное сопротивление»! Ваш австралийский друг неприятно удивлён их малочисленностью! — зло мысленно сплюнул Лёха, передразнивая Марселя Юга на брифинге.

«Мессершмитты» шли группами по четыре, выстроенные уступами, словно позировали для учебника по тактике. С первого взгляда вся эта компания казалась пугающе многочисленной, уверенной в себе и крайне самоуверенной.

Плотная летающая формация британцев плавно и степенно развернулась и пошла на высоте навстречу «мессерам», без суеты, но с тем спокойствием, которое обычно предшествует крупным неприятностям.