Книга Хороший брат, страница 77 – Даша Черничная

Сердце тарабанило о ребра с бешеной скоростью, пока я выслушивал это. Марат сделал шаг вперед и тихо сказал:

— Знаешь ли ты, что я хотел остановить ее в тот вечер? Пока Наташа ходила в поисках тебя, я упустил ее из виду. Я опоздал, Яр. Но будь уверен, если бы не потерял ее с радаров, то никогда бы не пустил к тебе. Я до последнего пытался защитить вас обоих.

Закрываю глаза и дышу. Вдох через нос, выдох через рот. Распахиваю глаза и смотрю на друга внимательно.

— Спасибо тебе за это, Мар. И за то, что был с ней рядом.

Друг кивнул, положил руку мне на плечо и сжал его.

— Мар, но ты запомни сейчас, хорошо? То, что было, мы оставили в прошлом. Поверь, я осознал свои ошибки и вдоволь накупался в собственной ненависти. На самом деле, мне нет прощения, но она сделала это — простила меня. Мы с ней вместе. Я Наташу больше никогда не отпущу. Добровольно — точно.

Впервые за пару дней, проведенных вместе, Марат растягивает губы в улыбке и отвечает:

— Ну наконец-то. Я рад за вас, друг. Правда.

— Отлично. Тогда прекращай сканировать мою девушку, запарил.

— Это непроизвольно, прости. Все жду подвоха от тебя.

— Нет его, Мар. И не будет, даже не надейся. Все в прошлом. И ты оставь твои тревоги там же.

— Как скажешь. Только сразу переключиться не обещаю. Присмотрю еще немного и тогда присоединюсь.

— Хорошо, — усмехнулся и махнул головой в сторону дома бабушки Наташи. — А теперь пошли знакомиться с Бабой Капой. Она должна ждать тебя.

— О, новый дармоед приехал. Добро пожаловать! — воскликнула Баба Капа.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался друг и тут же начал разуваться.

— Мойте руки и садитесь. Будем обедать, мальчики, — деловито скомандовала бабушка и указала ложкой на стулья.

Мы с Маратом прошли в ванную комнату, по очереди помыли руки и вернулись в кухню. На столе уже стояли две тарелки, доверху наполненные ароматным супом. Друг сел на табурет и восхищенно сказал:

— Вы святая женщина, — и продолжил на полном серьезе: — уважаемая Баба Капа, мое воспитание не позволяет обращаться к вам не по имени-отчеству. Не подскажете, как вас зовут?

Баба Капа откровенно обомлела. И кажется, пожалела, что уже согласовала меня в качестве зятя единственной и любимой внучки. Готов поспорить, еще пара фраз Марата, и она всучит мне вещи, гитару и даст пинка под зад из деревни.

Бабушка обмерла, а после протянула медленно:

— Капитолина Аполлинарьевна я.

— Очень приятно, Капитолина Аполлинарьевна. Меня зовут Марат, и я хотел бы остановиться у вас на пару ночей, если вы позволите и найдете для меня угол в вашем замечательном доме.

Ну все, теперь точно пиши пропало. Баба Капа сначала открыла рот. Потом закрыла, потом снова открыла и неожиданно наехала на друга:

— Ты откуда вежливый такой? Зубы мне заговариваешь, да, фря московская? У нас тут, знаешь, ли, народ простой, в морду дать и за меньшее могут. Так что ты бы сходу переводчик на местный диалект включал и вливался. В комнате Ярославчика остановишься.

Я даже выдохнул. О как, я уже Ярославчик, прелестно… мысленно потирал руки, а бабушка продолжила:

— Я там постельку перестелила, друг покажет тебе, где кости бросить.

— Премного благодарен вам, Капитоли… — Шмяк! Мокрая тряпка прилетает Марату в лицо, а тот бледнеет, потом краснеет за какую-то долю секунды, сжимает зубы, но молчит.