Книга Запах маракуйи. Ты меня не найдешь, страница 77 – Татьяна Никольская

«Это не конец», — сказал он.

Пусть. Пусть это будет не конец, а точка отсчёта. Точка отсчёта для новой меня. Той, что прошла через огонь, лёд и безумие по имени Дамир Рудин, и вышла с другой стороны. Не сломленной. Сильнее.

Самолёт пробивает слой облаков. Внизу открывается бескрайнее, синее, безразличное море. Потом появится земля. Чужая, родная, моя.

Я закрываю глаза. Чтобы не плакать. Чтобы собрать все осколки себя в один целый, крепкий, новый сосуд. Готовый к полёту.

Дождь в Москве пахнет иначе. Не оливой, горячим асфальтом и морем. Он пахнет углем, влажной пылью и какой-то вечной промозглой тоской. Я стою под козырьком аэропорта «Внуково», сжимая ручку чемодана, и делаю первый, глубокий вдох. Возвращение.

«Домой» — мысль звучит фальшиво. Москва никогда не была домом. Она была целью. Полигоном. Местом, где нужно было выжить и пробиться. Сейчас она — убежище. Где я могу начать всё с чистого, промокшего под дождём листа.

Лиза встречает меня с распахнутыми объятьями и круглыми от ужаса глазами.

— Боже, Кать, что с тобой? Ты как тень!

Она права. Зеркала в турецких номерах лгали, приглушённый свет был ко мне добр. Здесь, в резком свете терминала, я вижу всё: синяки под глазами, впавшие щёки, резче обозначившиеся скулы. Я похудела на все те килограммы, что с таким трудом наела за годы учёбы. Я — живое доказательство стресса, недосыпа и внутренней войны.

— Устала с дороги, — бормочу я, позволяя ей обнять меня. Её запах — дешёвые духи и сигареты — самый родной и знакомый в этом мире. — И работа там была нервная.

— Брось ты эту Турцию к чертям! — Лиза хватает мой чемодан. — Теперь ты дома. Всё будет хорошо.

«Дома». Повторяю про себя, садясь в такси. За стеклом плывут знакомые, унылые пейзажи окраин. Будто и не уезжала. Будто не было ни роскошных холлов, ни его пронизывающего взгляда, ни его рук, оставляющих синяки на бёдрах… Я резко трясу головой, гоня прочь образы. Они — как дурной сон. Их нужно забыть. Похоронить.

Первые дни — сплошной туман. Я пытаюсь отоспаться, но просыпаюсь от каждого шороха. Я молчу, разговаривать не хочется. Лиза пытается расшевелить старыми анекдотами, сплетнями про общих знакомых. Я улыбаюсь, киваю, но внутри — вакуум.

Нужно действовать. Действие — лучшее лекарство от мыслей.

Я обновляю резюме. Рассылаю. Откликаюсь на вакансии. И — о чудо! — отклики приходят почти мгновенно. Уже через три дня у меня первое собеседование. В кадровом агентстве, специализирующемся на гостиничном бизнесе. Менеджер, симпатичная женщина лет сорока, смотрит на мои турецкие рекомендации, и её глаза загораются.

— Опыт работы в «Demir Palace»? И с личным проектом Дениз Озкан? Да вас тут с руками оторвут, Екатерина!

Она произносит это имя — «Озкан» — и у меня холодеет внутри. Но она не замечает. Она уже листает список вакансий.

— Вот. «Hospitality Solutions». Международный консалтинг. Ищут ассистента менеджера проектов с опытом работы на Востоке и знанием турецких реалий. Зарплата… — она называет сумму, от которой у меня перехватывает дыхание. Это в два раза больше, чем я рассчитывала. — Заинтересованы?

Я киваю, не доверяя своему голосу. Всё происходит слишком быстро. Слишком гладко.

Собеседование в «Hospitality Solutions» — в стеклянной башне в «Москва-Сити». Я надеваю своё лучшее платье, собираю волосы в тугой пучок. Я — собранная, профессиональная, немного бледная. Меня принимает сам руководитель направления — мужчина лет пятидесяти, с умными, проницательными глазами.