Книга Твои границы, страница 130 – Лина Мур

— Знаю, что ты неглупый. До хрена умный.

— Фиолетовый.

— Ты уверен? Обратной дороги не будет, — Раэлия бросает на меня беглый напряжённый взгляд, и я успеваю кивнуть, прежде чем она отводит его. Она больше не смотрит мне в глаза, потому что ей сложно признаться в том, что сделала. Это плохое. Это что-то очень плохое. А она… наверное, не произносила подобное вслух.

— Это насильники. Это нелюди. Я охочусь за насильниками и педофилами. Полиции насрать на жертв, я за них мщу, — едва слышно говорит она.

Вот оно что. Вот теперь всё и становится на свои места. Уверенность в догадке об изнасиловании Раэлии крепнет.

— Хорошо. Принимается. Моя очередь, — беру розу и начинаю считать. Надеюсь, что сегодня мы узнаем много важного друг о друге, и это поможет нам в будущем. Но я не отступлю. Я узнаю сегодня всё или же большую часть.

Глава 26

Рэй

Доверие — это такая вещь, о которой всегда жалеешь. Время идёт, люди меняются, но слова, сказанные ранее, никуда не исчезают. И это слабость. Твоя слабость, которую ты доверила другому человеку, а он может и предать. Поэтому я даже Роко не доверяю, хотя люблю его, он мой брат. Но если Роко дать выбор, кого спасти, меня или Дрона, знаю, что он спасёт Дрона, и я никогда не буду винить его за это. Я не смогу дать Роко то, что даёт ему Дрон. Не смогу любить его так же, как любит Дрон. Поэтому выбор очевиден, и это нормально. Но вот что касается Мигеля… чёрт, он такой… такой вселяющий в тебя уверенность, что ты реально в безопасности. Я ни хрена не понимаю, как ему это удаётся, но стоит лишь один раз взглянуть ему в глаза, и мир перестаёт быть вражеским. Мигель окружён чёртовым светом, а я ненавижу этот свет, просто терпеть его не могу. И по этой же причине Мигель меня бесит. Я хочу быть такой же, как он. Это моя мечта, которая давно стала воспоминанием, причём тоже очень бесячим. Это слабость, а я её отвергаю. Но что я делаю? Доверяю. И я знаю, что поплачусь за это. Знаю, что это ничего не изменит между нами в лучшую сторону, да я и не жду этой лучшей стороны. Однажды просто исчезну из его жизни, и он забудет обо мне, но я буду помнить. Буду снова помнить о том, что выбрала свой путь. И это путь одиночки, чтобы больше никогда и никто не смог разрушить меня.

— Не верю в то, что ты заставила меня это сделать, — бубнит Мигель, снова обуваясь.

Вытираю слёзы от хохота, хватая розу.

— Ты сам напросился, — замечаю я.

— Это просто невероятно, Раэлия. Никто в здравом уме не заставляет людей нюхать свою обувь, — тихо возмущается он.

— Ну, насколько я помню, ты убеждал меня в том, что у тебя ноги воняют. Я подумала, что это должно быть весело скормить тебе твою же ложь, — снова смеюсь.

— Я сказал это, потому что посчитал такой вариант разумным, чтобы доказать тебе, что я не самый лучший кандидат тебе в партнёры, — фыркает Мигель.

Мрачнею, когда остаётся последний лепесток, а это значит, что я снова буду отвечать на вопросы.

— Можешь оторваться по полной, — раздражённо цокнув, бросаю в него стебельком от розы.

— Я и собираюсь это сделать. Что ж, продолжим, — он потирает руки, словно ему в кайф болтать обо мне и моих пристрастиях. А это хреновые пристрастия. — Итак, ты сказала, что охотишься за насильниками и педофилами. И что ты делаешь? Как ты их находишь?