Книга Тамбовский волк, страница 75 – Виктория Рогозина

В её голосе прозвучала уязвимость. Как будто она спрашивала не про абстрактное, а про что-то очень личное.

Череп пожал плечами, сунув руки поглубже в карманы.

— Зависит от людей. У некоторых получается. У других — всегда кто-то влюбляется, кто-то терпит, кто-то страдает. Или всё сразу.

— Получается, — с чуть лукавым прищуром проговорила Регина, — мы с тобой друзья?

Он замедлил шаг, посмотрел прямо на неё. В его взгляде не было ни шутки, ни уклончивости. Только спокойная, почти серьёзная прямота.

— С тобой я, по-моему, не умею дружить, — сказал он просто.

Регина застыла. Потом рассмеялась — негромко, с каким-то полутоном смущения:

— Ну, спасибо. Очень обнадёжил.

— Это не упрёк, — мягко добавил Череп. — Просто… не получается быть рядом и не чувствовать больше. Я стараюсь. Но… — он развёл руками, будто сдаваясь перед очевидным.

Регина, не глядя на него, кивнула и пошла чуть быстрее. Молчаливая тень Черепа тянулась рядом, не нарушая тишины. У входа в общежитие он приоткрыл перед ней дверь, задержал её на долю секунды.

— Всё в порядке, Регин, — сказал он тихо. — Я ведь не требую ничего. Просто будь.

Она ничего не ответила. Только прошла внутрь, чуть дольше обычного задержавшись у лестницы, будто собираясь с мыслями.

Череп остался стоять в холле, глядя на закрывшуюся за ней дверь. Потом усмехнулся себе под нос:

— А я всё-таки хороший психолог. Только без лицензии.

Череп поднимался по лестнице медленно, не спеша, будто растягивая остатки вечерней прогулки. Ступени скрипели под ногами, гулко и немного устало, как будто и они знали — день был длинным. На втором этаже пахло пылью, чаем и тонкой струйкой ванильного шампуня, который тянулся из чьей-то приоткрытой двери.

Он только-только прошёл мимо знакомого блока, когда с неожиданной резкостью распахнулась дверь, и в проёме появилась Регина. На ней был домашний свитер, чуть великоватый, с заправленным за ухо выбившимся локоном. Она выглядела так, будто колебалась до последнего.

— Так, может… присоединишься? — спросила она, глядя на него с полузаговорщицкой, полунапряжённой улыбкой. — На мороженое?

Череп усмехнулся, качнув головой.

— Ну надо же. На чай меня звали сто раз, а вот на мороженое — впервые. Это, я тебе скажу, уже серьёзное развитие событий.

Регина фыркнула, но отступила в сторону, приоткрывая ему проход.

Когда он вошёл, первое, что бросилось в глаза — это Макар и Полина, сидевшие рядом на диване. Они не прикасались, не шептались, даже не смотрели друг на друга как влюблённые, но в их позах было что-то… притертое. Как у людей, которые многое пережили, но нашли точку равновесия. Череп отметил это про себя с лёгкой, почти братской усмешкой.

— Ага, пара, прошедшая переговоры и подписавшая пакт о взаимопонимании, — пробормотал он, проходя мимо и заглядывая в сторону кухни. — Надеюсь, мороженое без изюма. А то у меня с ним конфликт интересов.

Регина уже ставила чашки на стол, но суетилась больше, чем требовалось: поправляла полотенце, переставляла ложки, протирала то, что и так было чистым.

— Эй, — тихо сказал Череп, подходя ближе. — Ты давай, отдыхай. Всё остальное я сделаю сам.

Она застыла, прикусив губу. На щеках проступил румянец — не резкий, а скорее тёплый, почти невидимый при обычном свете, но он был. Регина кивнула, чуть опустив взгляд, и послушно отошла, на мгновение коснувшись его руки, будто случайно.