Книга Бывшие. Расскажи мне о сыне, страница 31 – Галина Колоскова

— Олег, это слишком радикально! — восклицает мама, взмахивая руками. — Вы столько лет дружили! Деловые связи…

— Мы не дружили, мама. Я терпел её рядом, потому что она была частью прошлого, которое я не мог отпустить. А она пользовалась этим. Все кончено. Во-вторых… — я делаю паузу, подходя к ним ближе. — Во-вторых, я хочу, чтобы вы познакомились с Денисом. И с Алёной. Но только когда они будут к этому готовы. Они — мои главные приоритеты. Их чувства, их комфорт. Не ваше желание немедленно всё узнать и обо всём судить. Их боль — гораздо глубже моей. И вашей.

Мама молчит, потом кивает. По её щекам катятся слёзы.

— Прости, сынок. Мы не знали… Вероника… всегда была очень милой…

— Самые ядовитые цветы всегда самые красивые, — глухо говорит отец. Он смотрит на меня, и в его взгляде я наконец вижу не разочарование, а понимание. И даже… гордость? — Ты поступил как мужчина. Разобрался. Принял ответственность… — Он хмурится. — Хотя, конечно, история чудовищная. Со всех сторон.

— Я только начинаю её исправлять, — говорю я. — Они ко мне не привыкли. Денис до сих пор меня побаивается. Алёна смотрит на меня и видит испуганного подонка, который предал её. Доверие нужно заслужить. По капле.

— А что ты хочешь от них? — спрашивает отец. — Отношений? Семьи?

— Я хочу быть отцом своему сыну. Хочу быть рядом. Защищать их, обеспечивать, помогать. А что будет между мной и Алёной зависит только от нее. Я не имею права ничего требовать. Могу только надеяться. И доказывать. Каждый день.

Я смотрю на часы. Вечер. Они, наверное, уже дома. Делают уроки. Ужинают. Их маленький, хрупкий мирок, в который я так грубо ворвался.

— Мне нужно ехать. Я обещал завезти Денису новый конструктор. Это наш… мост. Через «Лего».

Отец усмехается.

— Помню, ты тоже обожал конструкторы. Целые крепости строил.

— Яблочко от яблони… — замечаю я и впервые за этот вечер чувствую, как углы моих губ тянутся в слабую улыбку. — Только он намного умнее. Увлекается робототехникой в семь лет. Ещё одно подтверждение, что Алёна тратила на него всё, что зарабатывала, а не вымогала у кого-либо.

Мама подходит ближе, берёт меня за руки.

— Привози их. Когда будет можно. Я хочу извиниться перед твоей Алёной.

Качаю головой. Если бы было так просто.

— Не торопи события, мам. Всё будет. Но не сейчас.

Я выхожу на улицу и делаю глубокий вдох. Прохладный вечерний воздух кажется сладким после тяжёлой, душной атмосферы разговора. Битва выиграна. Важный рубеж взят. Родители на моей стороне. Вероника больше не представляет угрозы. Но главная битва — за их доверие, за их сердца — только начинается.

Я еду не к себе. Еду к ним, на улицу Горького, в старый дворик. На пассажирском кресле лежит коробка с самым сложным конструктором, какой смог найти. И билеты в кино. Не на премьеру, не в самый дорогой зал. В маленький, уютный кинотеатр, где показывают старые добрые мультфильмы.

Паркуюсь и иду по покрытой щебёнкой дорожке. Сердце колотится так, будто я не состоявшийся мужчина, а пятнадцатилетний юнец на первом свидании. Стучу.

Дверь открывает Алёна. Она в домашней футболке, волосы собраны в небрежный хвостик. За её спиной слышен голос Дениса, что-то рассказывающего про школьный день.

— Олег? — большие глаза округляются от удивления. — Мы тебя не ждали.