Книга Хирургическое вмешательство, страница 91 – Серена Никки, Наталья Косарокова

— Я человек здравомыслящий. Ничего не бывает в этой жизни просто так.

— Согласен, и поэтому, давай ты не будешь больше упрямиться.

Дмитрий уверенно вел свою машину, а Ванечка, поняв, что Марьяна рядом, снова уснул. Наконец они добрались.

Высокий дом, просторный холл и лифт, в котором можно подняться в составе человек десять. Огромное зеркало, стеклянные кнопки с подсветкой. Ваня с любопытством осматривался. Он крепко держал Марьяну за руку и косился на Дмитрия.

— Дядя Дима, а это мы где?

— Приехали к очень хорошей женщине. Ее зовут Варвара Андреевна.

— Валвала Адлеивна.

— Примерно так.

— А она кто?

— Сейчас увидишь.

На двадцатом этаже лифт остановился, и все трое шагнули в белоснежный коридор, отделанный светлой мраморной плиткой. Звонок оказался не громким, а дверь открыла невысокая загорелая женщина, которая явно за собой следит. Волосы средней длинны с модным мелированием. На ней были легкие брючки бежевого цвета, белая блузка с коротким рукавом, на шее изящный кулон из белого золота, а на запястье красовались золотые часы.

— Димочка, привет, дорогой, а это кто? — голос Марьяне понравился.

— Привет мамуль, знакомься, Марьяна, Варвара Андреевна. Варвара Андреевна, Марьяна.

— Очень приятно познакомиться.

— Мама, нужно присмотреть за Ваней. Потом все объясню. Марьяна, вещи Ванины где?

Громов взял сумку из рук Марьяны и протянул маме.

— Маманя, а вы куда?

— Нам надо немножко поработать, — ответил за нее Дмитрий.

— Сынок, но я что-то совсем ничего не понимаю.

— Мама, надо. Мальчик смышленый. Думаю, вы поладите. Все, нам бежать пора.

— Марьяна, может, хоть ты объяснишь, в чем дело?

— Извините, это Дмитрий так решил.

— На него это похоже. Весь в отца. Хорошо, присмотрю за мальчиком.

Женщина выглядела растерянной, и в карих глазах не было злости или какой-то агрессии. Она явно в хороших отношениях с сыном и, вероятно, доверяла ему. Дмитрий тут же увлек Марьяну за собой, и вот они уже едут на опознание. Громов постоянно сверялся с часами.

* * *

Следующие два часа Марьяна вспоминала потом как самые тяжелые. Увидев сестру, она словно сама пережила вместе с ней все, что с ней произошло. Тогда ее сложно было успокоить. Узнала по серьгам на ушах, резиночке в волосах и кольцу на руке. Все оставалось при ней. Дмитрий утешал ее, обнимая, но она не могла никак успокоиться. Горе накрыло с головой. Смутно помнит, как он ставит ей укол, так как таблетку выпоить не получилось.

— Марьяночка, тише-тише. Ты сильная. Ты должна быть сильной ради Ванечки.

— Ритка…

Марьяна не помнила, как оказалась в квартире матери Дмитрия и сейчас она лежала на кровати. Плакала, но очень тихо.

— Почему Маманя плачет? — поглаживая по голове тетю, спросил Ванечка.

— Расстроилась, что мороженое не купил, — ничего умнее не смог придумать Дмитрий.

— Дядя Дима, купи Мамане моложеное пожалуйста. Видишь, как плачет. Жалко вить.

— Конечно, Ванюша, вот прямо сейчас на работу поеду, а на обратном пути и куплю.

— Сынок, может ты, наконец, объяснишь, в чем дело?

— Мама, это женщина и этот мальчик для меня очень дороги, постарайся найти с ними общий язык.

— Даже так? Это ее сын?

— Нет, она его тетя, а мать Вани, — Громов склонился к уху матери. — Его родители погибли. Мы на опознании были. Марьяна родная тетя ребенка. Теперь ты понимаешь, почему ей так плохо?