Онлайн книга «Хирургическое вмешательство»
|
— На машине? — Конечно, для этого и права мамка получала. — Ура! — радостно захлопал в ладоши Федя. — На машине! * * * Марин Константиновича, к всеобщему сожалению, на месте не оказалось. Он остался в крупной станице. Там идет во всю сезон прохождения медкомиссий к школе и детским садикам. А потому прислали ту, которую, как говорится, не жалко — противную, с вечно злобным взглядом, Бибоевну. Никто не знал имени этого фельдшера, хотя она исправно носила на груди бейдж. Однако никому не было дела до этой злобной женщины. Все старались быстрее выйти из кабинета и стряхнуть с себя ее отрицательную энергетику. Были даже те, кто ходил к баб Нюре с убежденностью, что Бибоевна ведьма и наслала проклятье. Баб Нюра отпаивала впечатлительного клиента вкусным чаем и пыталась, однако, убедить, что у той все в порядке. Это просто такой человек, в жизни всякие бывают, но не ведьма и проклятий ни на кого не насылает. Однако в дни приема этого фельдшера медпункт обычно пустует. — Чего встали? На кушетку прошли, — фыркнула женщина, зыркнув на пришедших из-под слегка припущенных очков. — Федя, идем… — подтолкнула его Анна к указанному месту. — Что болит? Где? — Знаете, он когда в туалет по маленькому пытается сходить у него неприятные ощущения появляются. — Черт знает что, опять ручка не пишет, — женщина нехотя поднялась. Прям, через силу это сделала. — Снимай трусы, — не глядя на мальчика, проскрипела фельдшер. Федя испуганно выпучил глазки на мать и схватился за резинку штанишек. Аня тоже молча качала головой, что надо сделать, раз врач просит. Не дождавшись результата, Бибоевна соизволила повернуться и строго глянуть на маленького пациента. — Ты мне что тут, как девочка ломаться будешь? У меня дел по горло! Десять минут на прием. Мне некогда тут возиться с каждой неженкой. Затем она подняла голову, и досталось уже Ане. — А ты, мать, чего стоишь, рот раззявила? Как курица. Дождетесь вначале, пока совсем плохо не станет, а мне потом чудо вам подавай. Не хочет сам, ты сними штаны с него. — Ничего я не дождался, — зажал в кулак ткань штанишек Федя, — мам пошли. У меня ничего не болит. Он было двинулся в двери, но натолкнулся на мать. Аня поджала губы и с силой развернула сына к Бибоевне, молча, сняла с Феди штаны и повернула. — Покажи, где болит. — Не болит, — Федя от грубого отношения к нему и маме сам превратился в колючку, — тянет сильно, когда… — Что, когда?! Мне из тебя каждое слово вытягивать придется? Мамаша! — Когда по-маленькому ходит в туалет. Говорили же уже. — И больше ничего? — Ничего, — отвечала уже Аня. Бибоевна почмокала губами, написала в карточке пару предложений, непонятным почерком, и захлопнула карточку. — Ничего там нет. Все в порядке. — Может, все-таки что-нибудь пропишете? — Я же сказала, там все нормально. Что я вам пропишу? Воспаления нет, мочеиспускание не затруднено, живот мягкий, температура нормальная. — Вы откуда это можете знать?! — все же не выдержала Аня и заговорила напористо, — вы до него даже не дотронулись! У фельдшера был такой взгляд, что дай ей только автомат, но Аня выдержала его, резко выставила сына за дверь и высказалась. — Вы очень неприятный человек, и вам нельзя работать с детьми! — Я и так все вижу, — спокойно ответила та, — чего мне его трогать. |