Книга Запертый сад, страница 161 – Сара Харди

Слова замерли у него на губах, когда она посмотрела на него. Он опустил голову. И увидев этот беспомощный жест, она взяла его за руки. Вытерла их по очереди, очень медленно.

— Стивен, у нас все будет хорошо. Я тебе обещаю.

Его лицо скривилось:

— Как ты можешь такое обещать?

— В такую прекрасную ночь как может быть иначе?

Она видела, что он колеблется, будто не вполне понимает, что она имеет в виду.

— Только тебе может нравиться такой ливень.

— Поверь мне. Это прекрасная ночь.

Потом, сжав ладонями обе его руки, она вывела его из кухни, провела по большому холлу, по парадной лестнице. Она притянула его к себе, и, вместо того чтобы пойти к черной лестнице, ведущей на его чердак, он пошел с ней по коридору к ее спальне.

У двери она подняла его опущенную голову и поцеловала его. И движением, которое он когда-то так хорошо знал, она обвила руками шею мужа и прижалась всем телом к его телу.

Красные, белые и голубые флаги реяли на ветру. Дети, одетые королями и королевами, бегали друг за другом вокруг Оукборн-Холла. Футбольный мяч, который перед этим изображал державу и был украшен серебристыми и золотистыми молочными крышечками, шмякнулся у ног Джейн Даунс. Она пнула его обратно мальчишкам.

В этот день молодую королеву венчали на царство, и с наступлением темноты ожидался фейерверк – «Торжественный финал», как обещала напечатанная программка. Джейн отступила в сторону, пропуская мчащуюся по дорожке девочку в алом плаще, и подумала: хорошо бы этот день не кончался.

Коронация оказалась захватывающей; ей даже было неловко, что помазание монарха елеем так ее взволновало – как, впрочем, и другие подробности: ингредиенты для майонеза-карри к коронационному цыпленку или что Бенджамин Бриттен не дописал обещанный гимн, потому что свалился с гриппом. Когда она опрометчиво попыталась рассказать мужу, что коронационное платье расшито тюдорскими розами, трилистниками, чертополохом, пореем, протеями, кленовыми листьями, он перебил ее: «Надо было тебе комментировать вместо Ричарда Димлби». И еще что-то проворчал про ярмарочные костюмы и массовую истерию.

Утром они с детьми и Джонатаном смотрели всю церемонию в Большом доме. Рэйны специально по этому случаю купили телевизор и позвали всех, у кого такого новшества не было, – то есть почти всю деревню. К десяти утра в библиотеку набилось человек сто. Больше четырех часов она стояла, вытянув шею, и не отводила глаз от черно-белой телевизионной картинки.

Ей казалось, она понимает, что там будет происходить, но все равно завершающая церемонию процессия через весь Лондон ее потрясла. Новоувенчанная королева выехала из Вестминстерского аббатства, сидя в золотой карете рядом с красавцем-принцем. Джейн смотрела на них и думала о том, что это – кульминация долгих столетий старинной истории, которую современная история едва не перечеркнула.

Победа далась дорого. Она сквозь слезы смотрела на многотысячную толпу, заполнившую улицы Лондона. Все эти люди столько пережили, столько потеряли.

Восемь лет назад тоже праздновали – сначала победу над Германией, потом над Японией. Но на самом деле победа все время оставалась далекой, как линия горизонта. За ней последовали годы лишений; пришлось привыкать к очередям и нехватке всего.