Книга Кто написал твою смерть [litres], страница 101 – Алекс Павези

Следующие несколько секунд прошли в тишине. Дин водил пальцем по земле. Потом он почувствовал руку Фиби у себя на талии, ее ладонь, прижатую к его коже, ее щеку на своей узкой спине. Острый кончик ее носа слегка ткнул его в позвоночник.

— Извини, – сказала Фиби, – но кто отец?

Теперь Дин понял, откуда такая нежность, и схватил Фиби за запястье, готовый сбросить с себя ее руку, как неудобный костюм. Но он не пошел на столь открытую конфронтацию. Все равно он был тут с ней в ловушке.

— Я, – ответил он. – Я отец.

— О, – объятия Фиби ослабели. – Ты уверен?

Дин пожал плечами, и она почувствовала, как напряглись его мышцы. Потом он взял ее руку и опустил себе на живот.

— Настолько уверен, что даже не задавался таким вопросом. До этого момента. Почему ты считаешь, что отец – не я?

Фиби высвободилась из его хватки.

— А она тебе сказала, что ты?

— Нет. Но я и не спрашивал. Это подразумевалось.

— Каким образом?

— А она сказала бы, если нет?

Фиби села. Начала одеваться. Потом подняла большой лист и начала его рвать.

— Просто пять недель назад ты сказал, что у вас проблемы в семье. Что вы даже не спите вместе. Что она спит с кем-то другим. И теперь она беременна?

Дин перевернулся и взглянул, как она одевается. Разумность аргументов Фиби его покоробила.

— Все это правда, – сказал он. – Но это случилось раньше. Раньше, чем я узнал о ее романе. Это случилось примерно десять недель назад. И требуется примерно месяц, чтобы это как-то проявилось, верно? Тогда Юли и узнала. Поэтому и рассказала мне про Деклана, чтобы начать с чистого листа. Все сходится. Понимаешь?

Лицо Фиби было таким же пустым, как и небо за ее спиной.

— Она рассказала тебе про Деклана, потому что я потребовала. У нее не было выбора. Она была у врача?

— Да.

— Ты ходил с ней?

— Нет. Зачем мне это?

Фиби натянула джинсы. За прошедшее время вокруг посветлело, облака истончились. В изгибах ее тела собрались тени.

— Где она на этих выходных? Она же не простудилась, да?

— Ей просто не захотелось ехать. Тем более она все равно не может пить алкоголь.

— Похоже на то, что могла бы сказать Юли.

— Она это и сказала.

— Ты не боишься, что она с ним?

— С Декланом? Ты же не думаешь, что он отец? – Дин в голос рассмеялся. Вышло визгливо и вымученно. – Кто беременеет после интрижки с коллегой?

— Я не верю, что она на самом деле беременна.

— В смысле?

— Она врет, Дин. Она сказала тебе про беременность, чтобы ты от нее не ушел. Она тебе изменяет, но беременность снова вас объединяет, а потом что-то идет не так. Она в отчаянии. После этого ты снова не можешь ее бросить.

Дину не нравилась асимметричность в их обнаженности. Он чувствовал себя уязвимым. Он натянул трусы и брюки.

— Майя тоже знает, – сказал он. – Она сказала, что Юли в последнюю их встречу не пила.

— Значит, она методичная лгунья. Я свою сестру знаю.

— Хотелось бы верить, что я тоже. – Дин застегнул брюки и взглянул на Фиби сверху вниз. Она свернулась на брезенте в калачик и сжимала в руке изодранный стебель листка. – Ты ревнуешь, – сказал он.

— А если так, то что?

— Это просто секс? Или это нечто большее? Ты знаешь, у меня всегда были к тебе чувства.

Фиби покачала головой.

— Я не знаю, Дин. Но мне кажется, что, может, и большее.

Яника становится детективом (продолжение)