Книга Кто написал твою смерть [litres], страница 102 – Алекс Павези

Фиби завернулась в одежду, как в кокон: цветастый вязаный свитер с косами, бледно-голубые джинсы. Она лежала на кровати лицом вниз, вытянув руки вдоль тела. Солнце низко висело в небе, и бутылка с цветами, которую она принесла из сада и поставила на подоконник, отбрасывала мутные зеленые тени ей на спину.

— Что ты делаешь? – спросила Яника, глядя на нее из-за двери.

— Ничего, – ответила Фиби, перевернувшись. – Просто даю глазам отдохнуть. Нам уже пора выпить, как ты хотела?

— Пора ужинать. – Яника сделала один широкий шаг, преодолев узкую комнату, и села на свободный кусок постели между коленями и животом Фиби. Кровать накренилась, оторвавшись от стены; только три ее ножки касались пола. – Все мне врут, Фиби. Что происходит? Вы не хотели, чтобы я приезжала?

Фиби встрепенулась от такого внезапного обвинения и схватилась за стену, чтобы удержаться.

— Я тебе не врала.

— Нет?

— О чем я врала?

— Ты сказала, что Марсин взял с собой истории, когда отправился спать. И что он ушел к себе в комнату раньше тебя. Но Марсин все еще не спал, когда Майя посреди ночи спустилась покурить.

— Откуда ты знаешь?

— Она сама мне сказала.

По белой краске пошла паутина трещин. Фиби отколупала от стены белую чешуйку и уронила ее на пол. Она закрутилась в воздухе, словно зонтик.

— Может быть, Майя врет. Может, это она забрала истории.

— Значит, ты не видела, как их уносил Марсин?

— Видела. Или думала, что видела. Но, может, он снова спустился вниз, когда я ушла спать. Не знаю. Я просто пыталась помочь, Яника. – Она покачала головой и провела рукой по волосам. – К тому же я была слишком пьяна. И какая вообще разница?

Акт отчаяния

Был поздний субботний вечер. Анатоль отправился спать, прочтя первые три истории. Электричества все еще не было, и большинство свечей тоже погасли. Майя, Марсин и Фиби сидели в гостиной, связанные лентами теней.

— Если бы я правда собралась кого-то убить, – сказала Майя, – я бы увезла жертву куда-нибудь подальше, например в лес. В такой большой лес, как в Норвегии или Северной Америке, где можно блуждать неделями. Я бы привязала ее к дереву и просто ушла. Никакого насилия. Никакого шума. Никаких физических усилий…

— Жестоко, – сказала Фиби.

— Да. Но почему я должна быть добра к тому, кого собираюсь убить?

Майя поднялась, потянулась и зевнула; это было самое энергичное, что она сделала за целый день.

— Я хочу прилечь, – сказала она. – Пойду спать.

— Можешь оставить сигареты? Я возмещу тебе завтра.

Это первое, что Марсин сказал за последние десять минут.

Майя взяла лежавшие на столе сигареты и бросила Марсину, поленившись прицеливаться. Они ударились о кресло, отскочили от подлокотника и приземлились в темноте под диваном.

— Угощайся, – сказал она. – Они где-то на полу.

После этого Майя ушла, оставив Фиби с Марсином одних.

— Хочешь еще выпить? – спросила Фиби, придвигаясь к нему на диване.

Марсин покачал головой и наклонил свою бутылку, показав, что она еще наполовину полная.

— Это не в твоем стиле – оставаться допоздна. Дин уже лег?

Фиби кивнула. Она посмотрела на стопку историй на столе.

— Я не смогу заснуть, – сказала она. – После всех этих разговоров про убийства. Мне будут сниться кошмары.

— Просто представь себя в каком-нибудь тихом месте, например в лесу.