Книга Умереть не до конца, страница 153 – Питер Джеймс

Доминировали здесь два строения. В одном трехэтажном, футуристического вида доме со стеклянными фасадами размещались штаб управления, бюро регистрации и расследования преступлений, центр обработки вызовов, а также компьютерный центр. Второе здание представляло собой внушительный особняк красного кирпича времен королевы Анны: эта старинная усадьба, теперь внесенная в список важнейших памятников архитектуры и поддерживаемая в прекрасном состоянии, собственно, и дала название штаб-квартире. Моллинг-хаус резко выделялся на фоне своих соседей – хилых одноэтажных домишек, малоэтажных панельных построек и темного здания без окон с высокой дымовой трубой, которое всегда напоминало Грейсу текстильную фабрику в Йоркшире. В особняке располагались кабинеты начальства: главного констебля, заместителя главного констебля и помощников главного констебля, одним из которых была Элисон Воспер. Здесь также размещались вспомогательный персонал и некоторые старшие офицеры, временно или постоянно работавшие в Управлении полиции Льюиса.

Кабинет Элисон Воспер находился на первом этаже, со стороны фасада здания. Через большое створчатое окно открывался вид на подъездную дорожку из гравия и круглую лужайку за ней. Подойдя к столу начальницы, Грейс заметил на дорожке дрозда, купавшегося в струе разбрызгивателя.

Во всех приемных Моллинг-хауса были внушительные потолки с прекрасной лепниной, стены отделаны изящной деревянной резьбой. Несколько лет тому назад пожар чуть не уничтожил здание, однако потом его тщательно отреставрировали. Изначально особняк был построен не только для того, чтобы обеспечить комфортную жизнь владельца, но и с целью произвести впечатление на посетителей богатством и роскошью.

Должно быть, приятно работать в такой комнате, в этом спокойном оазисе, вдали от тесных грязных помещений Суссекс-хауса. Иногда Грейсу казалось, что он с удовольствием принял бы назначение на руководящий пост, получив заодно все блага, связанные с обладанием властью. Но его неизменно останавливала мысль о коварной политкорректности, ведь с начальства в этом отношении спрашивали гораздо больше, чем с рядовых сотрудников. Однако сейчас, что называется, не до жиру, быть бы живу: в данный момент Рой думал не о повышении по службе, а о том, как избежать понижения в должности.

Несколько лет назад какой-то остряк окрестил Элисон Воспер из-за ее вечных перепадов настроения Номером 27, и с тех пор это прозвище пристало к ней намертво. Под номером 27 в меню местного китайского ресторанчика, торговавшего блюдами навынос, значилась свинина в кисло-сладком соусе. Да уж, сегодня эта дамочка может быть твоим лучшим другом, а завтра – злейшим врагом. А вот у стоявшего сейчас перед ее столом Грейса (он уже привык к тому, что помощник главного констебля редко предлагает посетителям сесть, чтобы визиты были короткими и деловыми) отношения с ней не заладились с самого начала.

Поэтому Рой удивился и даже насторожился, когда, не отрываясь от изучения какого-то перевязанного зеленым шнурком документа, хозяйка кабинета указала ему на одно из двух кресел с прямой спинкой, стоящих перед ее огромным письменным столом из лакированного палисандра.

Это была дама лет сорока с небольшим, с коротко подстриженными светлыми волосами, обрамлявшими немного суровое, но вместе с тем довольно привлекательное лицо, одетая в строгую белую блузку, несмотря на жару, застегнутую на шее, и сшитый на заказ темно-синий костюм, к лацкану которого была прикреплена небольшая брошь из бриллиантов.