Книга Смерть позвонит сама, страница 75 – Андрей Толоков

Костя решил все же поехать в универмаг. Ему захотелось провести вечер с Аленой. Оставаться наедине с собой ему не хотелось. Немирович подошел к обувному отделу универмага в надежде увидеть там Алену, но наткнулся на висящую на веревочке табличку: «Закрыто на учет». Его всегда раздражало это вездесущее оправдание под названием «Учет». Неужели нельзя это делать в какое-то другое время?

Костя нырнул под веревку с табличкой и, пройдя через весь отдел, наткнулся на молодого человека с аккуратной стрижкой и пронзительным взглядом.

— Товарищ, – сказал молодой человек, – вы что, не видите, отдел закрыт.

Костя достал из кармана удостоверение и представился.

— О, коллега, – заглянув в удостоверение, сказал мужчина и развернул перед лицом Константина свою корочку.

«…оперуполномоченный ОБХСС Семин Андрей Николаевич», – прочитал Немирович в документе. Костя насторожился. Отдел, где работает его Алена, проверяют. Это не просто ревизия, это ОБХСС. Значит, есть оперативная информация, а возможно, и дело.

— Будем знакомы, – Костя протянул руку Семину. – Можно просто Костя.

— Андрей, – ответил на рукопожатие Семин. – Ты чего здесь?

— Девушка у меня здесь работает. Алена Поверина. Пришел за ней. Думал, сейчас домой пойдем, а тут, похоже, надолго.

— Это продавщица?

— Да.

— Не волнуйся. Скоро закончим. Поведешь свою девушку домой.

— Андрей, ты извини, а чего за сыр-бор? Хищение?

— Нет. Нормально все. Ты же понимаешь, я не могу говорить.

— Нет, нет! Что ты. Это я так, для общего развития. Мало ли, может, что-то подскажу. Я тут хоть и краем, но кухню немного знаю.

Немирович применил испытанный прием. Конечно, он ничего не знал ни о работе отдела, ни тем более о торговой кухне. Но Семин на этот старый трюк попался.

— Ты правда знаешь? – заинтересовался оперативник.

— Спрашивай.

— Отойдем.

Андрей отвел Немировича в угол, подальше от посторонних ушей.

— Ты ничего не слышал о левых партиях обуви?

— Ну-ка, ну-ка, уточни. Что значит левые партии. С областных складов, что ли?

— Каких областных?! – недовольно ответил Семин. – Ладно, слушай. Накрыли в пригороде подпольный цех. Армяне делали там обувь. На первый взгляд – импорт. Работали по-крупному. Большую партию накрыли в Ростове. Местные начали раскручивать. Дернули за веревочку, а кончик у нас оказался. Вот шерстим все обувные.

— А жуликов взяли? – спросил Костя.

— Не всех, – громко вздохнул Андрей. – Главный сбежал. Видно в Ростов рванул, да погиб по дороге. Спугнул кто-то. Протекло.

Костя мгновенно смекнул.

— Арданян? – назвал он фамилию.

— А ты откуда знаешь?

— Так я его по другому делу искал. Тоже опоздал.

Немирович даже знал, откуда «протекло», но называть фамилию Глущенко не стал.

— Так он и у вас фигурантом был? – прервал размышления Кости Семин.

— Был, да сплыл, – отшутился Костя. – Ты, Андрей, Поверину отпусти. Чего простого продавца мариновать?

— Добро, – ответил Семин. – Значит, ты ничего о левом товаре не слышал.

— Нет, даже намека не было, – уверенно врал Костя. – Если что услышу, сообщу.

— Хорошо. Сейчас отпущу твою Алену.

Вот уж действительно день сюрпризов. Оказывается, Арданян бежал совершенно по другой причине. Теперь Немирович знал источник больших доходов сторожа райпо. Арданян был цеховиком. Причем крупным. Скорее всего, Аветис Мигранович принял визит Глущенко за сигнал. Возможно, он подозревал, что за ним следят, и когда появился Валентин с требованием представить «Волгу» на осмотр в городской отдел, Арданян мог принять это за комбинацию ОБХСС. Поэтому так срочно сбежал. Никакой он не убийца. А веревка – это попытка Глущенко заработать очки, или… или… Валентин специально уводит следствие в сторону? Возможно, но надо в этом быть уверенным на все сто.