Книга Дело чёрного старика, страница 94 – Андрей Толоков

— Елена Яновна, следователь по всем этим кражам. Там четырнадцать эпизодов. Кража в квартире Чадовой, это последнее то, что связано с «чёрным» стариком.

— Как вас по имени отчеству? – спросил майор Подгорного, подойдя к нему близко.

— Андрей Андреевич.

— Так вот, Андрей Андреевич, я не знаю ни про какую Зиновьеву, ни про вашего старика. Я повторяю: кража в квартире инструктора райкома Чадовой выделена в отдельное дело. Расследовать его будет следователь из Москвы, а сопровождать оперативники МУРа, которые перед вами. Все остальные дела мы обсудим позже. Кстати, приготовьте ваши отчёты о том, что было сделано и что вы планируете.

— Раз уж вы спросили про планы, – тут же воспользовался ситуацией Андрей, – то есть неотложное дело. Надо срочно отправить Куприянова в Геленджик.

— Зачем?

— Там объявился Гарри Бальдин. Он проходит у нас по этим кражам как соучастник. Объявлен в розыск. Его надо срочно брать.

— Хорошо, – видимо Подгорный убедил нового начальника. – Я скоро вернусь. Доложите обстоятельно.

Богатько вышел и увёл с собой московских оперативников. Как только дверь закрылась, Куприянов вынул из стола бумажную папку и направился к выходу.

— Ты куда, Василий? – спросил Рыбак.

— Пока тут суета, пойду к экспертам пересниму фотки украшений Чадовой. А то потом концов не найдём.

— Вот ты чертёнок! Так материалы у тебя?

— Конечно, у меня. Я же говорю, мне нужно время. Богатько подождёт.

— Правильно, Василий, – поддержал друга Подгорный. – Ты давай скорее. Мы тут прикроем.

1994 год. 26 июня. 18:35

После пятнадцатиминутного ожидания на железнодорожном переезде, Подгорный повернул ключ в замке зажигания и «шестёрка», немного почирикав, завелась. Отсюда до дачи Андрея было пару километров. Небольшой деревянный дом находился в глубине участка. Подгорный загнал машину внутрь и, закрыв ворота, стал доставать из багажника сумки с продуктами привезённые из города. Софья, жена Андрея принялась обнимать Василия.

— Как же я давно тебя не видела, Вася, – говорила женщина. – Посмотри какой ты стал представительный, даже матёрый.

— А ты, Соня, всё такая же, миниатюрная и молодая, – ответил Василий.

— Ох и врунишка! Врунишка ты, Куприянов. Но признаюсь, врёшь в нужном месте и в нужное время.

— У Василия Ивановича чутьё, – сказал, проходя мимо с сумками Подгорный. – Он всегда чует, где надо быть и что надо сказать.

Стол накрыли на веранде. Вечер был сухим и тёплым. После хорошего ужина, Василий помог Софье убрать со стола и помыть посуду. Подгорный заварил хороший чай. Торт от хозяйки был в самый раз. Друзья вспоминали свои молодые годы, своих знакомых и коллег. Ну и конечно, то самое дело, по которому в Москву приехал Куприянов.

— Василий, ты мне всё-таки расскажи, что там учудил Богатько в Геленджике. Я же тогда уехал с документами в Москву, да так, если помнишь, в отдел и не вернулся.

— Так тебе что, Витя не рассказывал?

— Что Витя? Витя сам знал эту ситуацию через десятые руки.

— Да! – Куприянов широко заулыбался, вспомнив, как Гарибальди обвёл вокруг пальца Богатько. – Наш Никита попал как двоечник.

— Так расскажи. Из первых рук оно самое то, – продолжал настаивать Андрей.

— Было бы очень смешно, если бы не было так грустно. Ты помнишь тот день, когда Панкратова отправили в принудительный отпуск?