Книга Язва, страница 23 – Сергей Леонтьев

В другом отсеке лайнера заканчивалось совещание, которое проводил генерал Цвигун. Присутствовали заместитель министра здравоохранения Трофимов, главный государственный санитарный врач Акулов, главный ветеринарный врач Трошин. Без лишних подробностей, дозируя информацию, Цвигун рассказал о происшедшем, назвал предполагаемое на текущий момент количество пострадавших, подчеркнув, что цифра требует уточнения. В салоне повисла напряженная тишина.

— Вопросы, товарищи?

Трофимов приподнялся с кресла, но что-то во взгляде генерала заставило его сесть на место.

— Вопросов нет. – Цвигун закрыл папку с грифом «особо секретно». – Формулирую задачи, товарищи.

Он посмотрел на заместителя министра:

— Николай Иванович, вы обеспечиваете организацию лечения пострадавших и неразглашение медицинским персоналом симптомов и течения заболевания. Каждое лечебное учреждение должно знать только свой участок работы. Информация об общем числе заболевших относится к категории государственной тайны.

— Сделаю всё возможное, Семён Кузьмич.

— Сделайте всё, что нужно, товарищ Трофимов.

Цвигун повернулся к санитарному врачу:

— Сергей Александрович, ваша задача: остановить эпидемию. Обеспечьте все необходимые при особо опасных инфекциях меры. Пресекайте любые попытки противодействия. Никакой паники, ну и, конечно, секретность!

— Сделаем, Семён Кузьмич, – кивнул Акулов.

— Иван Денисович, – взгляд Цвигуна остановился на Трошине, – у вас особо ответственная миссия. Необходимо авторитетно обосновать источник инфекции: больной скот и заражённое мясо в одном из совхозов области. Задача понятна?

— Так точно, товарищ генерал, – по-военному чётко ответил главный ветеринарный врач.

Цвигун удовлетворённо кивнул.

— Всё, товарищи, все свободны, готовьтесь к посадке. И помните, у нас очень мало времени. Ситуация должна быть взята под контроль в течение ближайших часов. Это требование лично Юрия Владимировича!

В комнате общежития Сергеев всегда держал укладку первой помощи. На всякий случай. Сегодня как раз был такой случай. Кроме таблеток и ампул в укладке лежали дефицитные одноразовые шприцы. Выпрошенные у старшего ординатора Петренко. Бригады скорой этаким заморским чудом избалованы не были. Пользовались по старинке стеклянными, многоразовыми.

Вскрыв упаковку с иностранными надписями, Андрей насадил прилагающуюся иглу (надо же, точно подошла), набрал содержимое из флакончика без этикетки и воткнул себе в бедро. Место инъекции обработал специально хранящейся для этих целей водкой. Три шестьдесят две за бутылку. Осталось ещё два флакончика – для водителя и фельдшера.

Анюта жила в общежитии медиков на другом конце города, мест в элитной общаге рядом со скорой на всех не хватало. После смены, скорее всего, поехала к себе отсыпаться. Но могла и к какой-нибудь подружке по пути забежать. Девушка была общительная и имела массу подружек.

Водитель же ни с кем дружбы не водил. Наверняка уехал к себе в сад. Сезон вот-вот начнётся, в саду после зимы дел невпроворот.

«Значит, сначала к Фёдору Ивановичу, – решил Андрей. – Четыре остановки на электричке, потом пешком – слишком долго. Надо брать машину. Ночью подморозило, дорогу пока не развезло, „Жигулёнок“ пройдет». В межсезонье добраться до сада можно было только на тракторе. И, конечно, на своих двоих, три километра от станции.