Книга Дерзкие. Будешь должна, страница 66 – Катерина Пелевина

— Ш-ш-ш …Я знаю, что больно. Терпи, — как некрасиво, Глеб. Охуеть как некрасиво. Разве можно вот так девчонке своей говорить? Тем более, что нихуя ты не знаешь. У тебя такого не было, дебила кусок. Внутренний голос меня дрочит. Пиздец тупой я. Не могу сдержаться. — Кать. Девочка. Расслабься. Я хочу полностью. Хочу в тебя.

— Я знаю, — шепчет она, обхватив меня сильнее. Я чуть приподнимаю её за ягодицы, меняю угол проникновения, и она ещё громче взвизгивает, но потом быстро себя успокаивает, отрезая. — Всё хорошо… Всё хорошо. Не слушай меня, Глеб. Просто не слушай. — Больше себе говорит, чем мне. Себя настраивает.

— Ага, конечно. Легко говорить, — жалуюсь я и тянусь к её губам. Когда встречаюсь с ними, не двигаюсь внизу. Стараюсь отвлечься и просто целовать её. Целовать и целовать. Будто прошу прощения, замаливаю своё же мудацкое поведение. И вот когда она отключается от этих болезненных мыслей, а я пиздец возбужден до предела. Так, что член стоит колом, вся кровь туда прилила, мозги в кучу, и я, не выдерживая этого ужасного напряжения, внаглую наваливаюсь и вхожу до упора, услышав натужной громкий стон из её уст, почти вскрик. — Всёёё… — выдыхаю ей в губы горячий воздух. — Умница…Привет… — улыбаюсь ей, целуя подбородок, глядя прямо в душу…

— Прииивеееет, — выдыхает она со слезами на глазах, будто на последнем издыхании, когда я начинаю двигаться в ней и снимаю слёзы с глаз поцелуями. И то, что я ощущаю, блядь, бьёт меня тысячами вольт по воспаленным нервам. Так узко и горячо. Так бесконечно приятно, что тепло сразу же по затылку разливается. Готов кряхтеть, издавать какое-то разное нечленораздельное мычание, рычать как безумное животное. Вообще непонятно в какую кашу рядом с ней превращаюсь. А когда я в ней это блядь полный пиздец. На виражах колдоёбит. Мозги все плывут. Вообще ни хрена не соображаю, только ощущаю, что вот-вот кончу от одного только натяжения внизу и взгляда на её раскрасневшееся лицо.

— Блядь, как же хорошо с тобой, а…Ведьма. Ты точно меня прикончишь… — задушено выдаю, сжимая в кулаки простынь. Дышу как ненормальный. Вгрызаюсь в её шею зубами. Забываю о том, что это первый раз. Делаю поступательные мощные движения бёдрами и глухо стону ей в шею как раненное животное. Пиздец, это не секс, блядь. Это душевная изощрённая пытка, выворачивающая тебя наизнанку…Сводящая с ума. Одурманивающая. Это наркотическое опьянение по одному единственному человеку… И я просто в говно, в трансе, словил передоз от тебя, ведьма…И сейчас кайфую, пропадаю на репите, как заезженная пластинка…

Улыбаюсь, когда он меня трахает. Улыбаюсь и плачу, как дура, и просто умираю под ним. Не знаю, почему я даю волю чувствам. Просто это он…

Он и никто другой.

Именно тот, который должен был стать моим первым, и от осознания этого мурашки по коже.

И сейчас я осознаю, что чувствовала это сразу. Сразу как его фары меня ослепили в том дворе, и только сейчас призналась самой себе. Да, он наглый, да, грубый, да, заносчивый засранец. Но я его хочу…Хочу. Именно хочу. Не что-то другое. А вот именно это слово. Именно это чувство. Приправленное тем, что я ещё не до конца понимаю.

Я словно не могу уже без него жить.

Не представляю…

Будто у меня теперь есть тот, который никогда не даст в обиду. Который всегда стоит впереди и прячет меня ото всех. Который ляжет для меня в могилу. И это пугает больше всего. Потому что именно так он себя и ведёт. Он готов сделать всё, даже если варварски, дико, абсолютно беспринципно. Главное, что ради меня.