Книга Бывшие. Второй раз не сбежишь!, страница 119 – Дана Дейл

— Ульяна, хватит!

Грозно обрывает отец.

— На выход.

Разорвав наш с Германом убийственный зрительный контакт, я резко перевела взгляд на отца.

— Правда, поехали. Поговорим по дороге. Без лишних… Длинных, как у осла ушей.

Лицо моё скривилось от злости, как будто само не выдержало накала. Последний раз зыркнула на Германа. Выбесил, гад! По-детски, демонстративно показываю ему язык. В ответ, его наглая, самодовольная ухмылка. Сволочь любимая… Мой взгляд невольно падает на его губы. Чёрт! Помню их вкус. Слишком хорошо. Слишком ярко. Господи, уйди ты из моей головы! Хватит! Я не могу больше так. Разворачиваюсь и иду к выходу. Быстро. Резко. Как будто бегу от самой себя. И уже почти у двери слышу его голос. Тихий, но отчётливый.

— Какой же ты ещё ребёнок, Соболевская.

Нет даже сил что либо ответить, просто покидаю полицейский участок. Сажусь в машину отца. Он молчит. Я тоже. Машина плавно выезжает с парковки, и полдороги до дома между нами висит тишина, вязкая, как густой туман. Я не знаю, чего жду. Упрёка? Взрыва? Молчаливого презрения? Но отец просто ведёт авто. Спокойно. Словно ничего не случилось пару минут назад в дежурной части. Когда мы наконец въезжаем на территорию нашего коттеджа, я выхожу из машины и устало прислоняюсь к бамперу. Холод металла приятно остужает спину. И вдруг, неожиданно, отец подходит и становится рядом.

— Это правда? Ты решила переехать к Игорю?

— Ты против?

Не поднимаю глаз, пинаю носком ботинка какой-то камушек у земли.

— Наоборот. Я рад… Но не понимаю, откуда такой резкий порыв.

— Рад за дочь или за свой салон? Ведь как только я стану женой Игоря, у тебя появится столько возможностей с его отцом.

Он усмехается. Тихо. Беззлобно.

— Не без этого.

Признаёт.

— Но и за тебя рад. Может, остепенишься. Повзрослеешь наконец. Детишек заведёте.

— Думаю, с этим я как-нибудь разберусь без твоих советов.

— Разберёшься, конечно…

Он замолкает на секунду, потом добавляет, будто между делом.

— Скажи… Мне показалось, или у тебя с Громовым были… Близкие отношения?

Смотрю на отца, нервничаю, но не подаю виду. Научилась. Привычка.

— Тебе показалось.

— Показалось…

Повторяет он, будто пробует это слово на вкус.

— Хорошо, если так. Хотя… Ладно. Сама в себе разберись. Идём?

— Иди. Я догоню.

Он уходит в дом, а я остаюсь. Мне нужно выдохнуть. Просто вдохнуть воздух, который не пахнет напряжением. Я выхожу на террасу, опускаюсь в кресло-качалку. Оно чуть поскрипывает, как будто тоже устало. Сижу. Молча. Смотрю в темнеющее небо и гоняю мысли по кругу. Парни... Они оба, такие разные. И оба по-своему дороги. Герман… Настоящий. Живой. Когда не строит из себя ледяного офицера, он умеет быть тёплым. И как оказалось, даже романтичным. Сколько бы я на него ни злилась, знаю, он придёт. Всегда. Если будет больно, он рядом. Если всё рушится, он держит. Я полюбила его. Это факт. Но злость… Обида… То, что он теперь принадлежит другой, это как соль на рану. Он заставил меня поверить. Заставил чувствовать. А потом просто… Вырвал сердце. Теперь оно всё в шрамах. И каждый из них, болит. Ноет. Жжёт. А Игорь… Он другой. Серьёзный. Решительный. Он не плохой. Он просто… Прямолинейный. Для него есть только «да» и «нет». Чёрное и белое. Без полутонов. Без нюансов. Компромиссы, не его стиль. И вот я думаю, почему больше ничего не чувствую? Почему глаза не горят, как раньше? Почему сердце не бьётся в бешеном ритме, когда он рядом? Всё будто рассыпалось. Как утренний туман, был и нет. Прозрачная иллюзия. Я ещё немного посидела. Потом встала. Хватит на сегодня этих мыслей. Хватит боли. Молча поднялась и пошла в свою комнату. Туда, где можно хотя бы притвориться, что всё в порядке.