Книга Заставь меня согрешить, страница 30 – Джей Ти Джессинжер

Я прижимаюсь ближе к окутывающему меня приятному теплу и вздыхаю от глубокого удовлетворения. Можно было бы вечно оставаться здесь, в этом мягко покачивающемся защитном коконе. Мои пальцы нащупывают шелковые нити. Я начинаю перебирать их, улыбаясь от того, как приятно они ощущаются на моей коже. Я подношу шелк к носу и вдыхаю его аромат.

Корица. Сахар. Нотка дыма и мускуса. Мне нравится этот запах. Я бы с удовольствием в нем утонула.

Резкий металлический лязг заставляет меня вздрогнуть. Я всхлипываю. Чей-то голос бормочет: — Чертовы бесполезные ворота безопасности. — Еще ступеньки. Звук ровного дыхания. Медленное и размеренное биение сердца у меня под ухом. Голос звучит снова, на этот раз мягче.

— Хлоя. Проснись, Принцесса, мне нужен ключ.

— Ммм, — я прижимаюсь лицом к чему-то одновременно упругому и греховно мягкому, как бархат, лежащий поверх гранита. Я крепче обнимаю его, потому что почему-то могу это сделать. Где бы ни было это место, оно похоже на рай.

Слышится тихий, напряженный стон, как будто кому-то больно.

— Ш-ш-ш, — я прижимаюсь губами к шелковистой теплоте и слышу, как из моего горла вырывается звук, похожий на мурлыканье. Снова раздается стон, на этот раз более мучительный.

— Хлоя. Ради всего святого. Дай мне ключ.

Сквозь туман блаженства я вдумываюсь в слово «ключ». Я храню ключ…

— Запасной, — бормочу я. — В верхней части рамы.

Мгновение тишины, какой-то шорох и осторожное движение, затем я слышу довольное ворчание. Теперь вокруг темнее, чем было, потому что красный огонек у меня в глазах погас.

Дом. Я дома.

Эта мысль приходит мне в голову вместе с легким ветерком. Я узнаю аромат цветов апельсина, который исходит от свечи, которую я забыла задуть перед тем, как уйти на ужин. Она все еще горит на кофейном столике в гостиной. Я бесшумно и легко проскальзываю мимо, направляясь в другое место…

Я лежу на мягкой, очень мягкой поверхности. Мои конечности аккуратно уложены. С меня сняли обувь. Здесь не так тепло, как раньше, и не так приятно. Я хмурюсь, пытаясь открыть глаза, но веки словно налиты свинцом. Я обнимаю себя руками, пытаясь согреться. На меня что-то наваливается — одеяло. Я зарываюсь в него с головой и снова довольно вздыхаю.

Что-то мягкое касается моего лба, едва ощутимо надавливая. Вслед за этим проносятся искры. Голос, который я слышала раньше, тихо шепчет мне на ухо. Но теперь он произносит гортанные слова, значения которых я не понимаю.

— Спи, ласковая моя. Спи.

— Не уходи, — умоляю я, чувствуя в его нежном шепоте прощание. — Не уходи пока. Пожалуйста.

Наступает тишина, затем я слышу вздох.

— Я не уйду, — шепчет голос, и мне удается разобрать слова. — Я здесь. Прямо здесь.

Я испытываю облегчение. Он здесь. Он не уходит. Можно спать спокойно.

И я засыпаю.

Я резко просыпаюсь от звука мусоровоза, с грохотом проезжающего по переулку за соседним окном, и вскакиваю. Сердце бешено колотится. В замешательстве я несколько секунд оглядываю полутемную комнату, прежде чем понимаю, что лежу в своей постели, дома.

Я все еще полностью одета. В голове стучит. Глаза щиплет. Во рту пересохло.

Я бреду в ванную, справляю нужду и запиваю две таблетки аспирина водой из-под крана. Случайно мой взгляд падает на цифровые часы на раковине. У меня чуть сердце не останавливается, когда я понимаю, что должна была три часа назад быть на цветочном рынке в центре города, чтобы купить свежие цветы. Сегодня понедельник, самый загруженный день недели во «Флёрэ», когда нужно обслужить большинство наших корпоративных клиентов. До обеда.