Книга Заставь меня согрешить, страница 31 – Джей Ти Джессинжер

Сегодня более двадцати местных предпринимателей будут в ярости из-за меня.

Даже не потрудившись почистить зубы, причесаться или как-то иначе привести себя в порядок, я бегу в спальню и всовываю ноги в кроссовки, не завязывая шнурки. Затем хватаю куртку из шкафа и накидываю ее пока бегу в гостиную, лихорадочно разыскивая свою сумочку. Она на кофейном столике. Я вылетаю за дверь, спускаюсь по лестнице, выхожу из здания, несусь по тротуару и, запыхавшись, падаю в свою машину.

Сейчас 5:50 утра. Через десять минут придут сотрудники моего магазина, а у них не будет свежих цветов для работы.

Отчаянно пытаясь найти решение, я начинаю лихорадочно подсчитывать. Мне понадобится двадцать минут, чтобы добраться до центра города, час или два, чтобы купить цветы — если я потороплюсь, — и еще двадцать минут, чтобы вернуться во «Флёрэ». В лучшем случае я приеду примерно в восемь часов.

Как раз в тот момент, когда приезжает водитель, чтобы начать погрузку фургона со всеми необходимыми вещами, которых не будет.

Я бью по рулю. Мне становится немного легче, но ситуация не улучшается. Я достаю телефон из сумки, открываю контакты и выбираю имя Трины. Мне нужно отправить ей сообщение, чтобы она была готова приступить к тушению пожаров.

Но я уже отправила Трине сообщение, сегодня ночью в половине второго. Написано черным по белому. Я ошеломленно смотрю на экран.

Сможешь сходить на рынок сегодня утром? Плохо себя чувствую. Прошу прощения. Приеду, как только смогу.

Не помню, как отправила его.

Я сижу в машине и смотрю на сообщение, пока меня не заставляет поднять голову неуверенный гудок. Пожилая женщина в потрепанном «Вольво» машет мне рукой. Она хочет знать, уезжаю ли я. Даже в это время парковочных мест не хватает.

Я машу ей, завожу машину и еду на работу.

Когда я приезжаю, то с облегчением вижу, что Трина точно получила мое сообщение, потому что в магазине кипит работа.

— Доброе утро, Карлос, — говорю я молодому латиноамериканцу, который обрабатывает цветы. У его ног валяются листья и стебли, оставшиеся после составления букетов. Он улыбается и кивает. Затем начинает подметать.

— Доброе утро, мисс К.

В глубине магазина, за стеной, скрывающей его от основного торгового зала, стоят длинные дизайнерские столы из нержавеющей стали, за которыми Трина и Рене, мой младший дизайнер, беседуют и расставляют цветы. Их окружают белые пластиковые ведра с цветами. Трина работает над экстравагантным современным букетом для офиса пластического хирурга в Беверли-Хиллз. Я могу сказать, для кого этот букет, потому что они тратят больше всех, и он почти полностью состоит из срезанных орхидей — одних из самых дорогих цветов. Рене ставит три белые розы, перевязанные проволокой, в маленькие голубые вазы для юридической фирмы.

Я впечатлена; они явно начали рано.

— Вы, ребята, молодцы! — произношу я.

— Ты приехала! — говорит Трина. — Я думала, ты заболела! Как ты себя чувствуешь?

— Все в порядке. Сейчас лучше. Спасибо, что съездила на рынок, Трин, ты меня спасла.

Она отмахивается от моих благодарностей.

— Не за что. Получив твое сообщение, я написала Рене, чтобы узнать, может ли она прийти чуть раньше, так как нам не хватает одного человека. Но я рада, что ты здесь. Миссис Голдман оставила сообщение, что у нее обед в «Спаго» и ей нужны цветы.