Книга Бывшие. Кольцо из пепла, страница 70 – Альма Смит

Он обнял ее, прижал к себе. Мадина обняла его в ответ, спрятав лицо у него на груди. — Я не боюсь, — прошептала она в его рубашку. — Потому что ты самый сильный.

Когда она уснула, они остались вдвоем в гостиной. Тишина была густой, как смола. — Они требуют отозвать иск, — наконец сказал Джамал, глядя на потухший камин. — Это значит, экологический иск — их рук дело. Они его проспонсировали. И теперь используют как рычаг. — Что будем делать? — Мы не отзовем иск. Но мы сделаем вид, что подумываем об этом. Нужно выиграть время. Чтобы найти того, кто стоит за «К.». Не наемника, а заказчика. — Он повернулся к ней. — И тебе придется сыграть свою роль.

— Какую? — Роль напуганной женщины, которая уговаривает мужа уступить. Ты позвонишь завтра своему журналисту, Руслану. Скажешь, что из-за угроз семье ты вынуждена отойти от публичной деятельности. Что экологический вопрос нужно решать спокойно, без скандалов. Слезно попросишь его не давить тему. Это попадет в нужные уши.

— Это будет выглядеть как слабость. — Именно. Они должны поверить, что нажали на правильную кнопку. А пока они будут праздновать, я найду их. — В его глазах вспыхнул тот самый, опасный огонь. — И мы устроим им такой скандал, по сравнению с которым экологический иск покажется детской шалостью.

— А Мадина? — Завтра же она перестает ходить в сад. Официально — на карантин. Неофициально — до конца этой истории она не выходит из дома. Уроки здесь. Развлечения здесь. Я уже нанял для нее педагога-психолога, который будет заниматься с ней через игры, укреплять эту… иммунную систему против лжи. Это все, что мы можем сделать.

Амина кивнула. Она чувствовала усталость, пронизывающую каждую клетку. Но также чувствовала и странную ясность. Враг объявил себя. Поле боя обозначено. Осталось только сражаться. — Я позвоню Руслану завтра утром, — сказала она. — Хорошо. — Он помолчал. — Амина. Прости, что втянул тебя в это. По-настоящему.

— Я уже внутри, Джамал. С самого начала. И теперь у меня тоже есть что защищать. Не только ее. Нас. Всех нас.

Он посмотрел на нее долгим, тяжелым взглядом, полным невысказанного. Потом просто кивнул. Договор был понятен без слов.

Ночью, лежа рядом с ним в нейтральной комнате, Амина думала о кукле с замазанным лицом. О символе уничтоженной невинности. Они пытались отнять у них не только проект или репутацию. Они пытались отнять будущее. Игрушку детства. Веру в отца.

Она повернулась и обняла Джамала за талию, прижавшись к его спине. Он не спал. Его рука легла поверх ее руки, сжала. Молча. В темноте.

Битва за их крепость вступила в самую опасную фазу. Теперь враг знал их самое уязвимое место. Но они тоже знали нечто важное: что готовы стоять насмерть. Не каждый за себя. Друг за друга. И это знание было сильнее любой угрозы, любой куклы, любой грязной записки из прошлого. Прошлое могло приходить с угрозами. Но будущее они строили сейчас. Вместе. И сдаваться не собирались.

Тишина после семейного совета была густой и неспокойной. Воздух в доме, еще недавно начавший оттаивать, снова налился свинцовой тяжестью предчувствия. Амина провела ночь в тревожном полусне, каждым нервом ощущая напряженную спину Джамала рядом. Он не спал. Она знала это по ритму его дыхания и той абсолютной неподвижности, которая была признаком работы аналитического ума.