Книга Бывшие. Кольцо из пепла, страница 69 – Альма Смит

Сообщение обрывалось намеренно. Амина выключила телефон, положила его в сумку дрожащими руками. — У вас все в порядке, ханум? — спросил подрядчик, заметив ее бледность. — Да, просто… мигрень. Давайте продолжим.

Она выдержала встречу до конца, подписала предварительные документы. На обратном пути в машине она молчала, глядя в мутное окно. Ислам несколько раз бросал на нее беспокойные взгляды, но не спрашивал.

Дома ее ждал не Джамал, а Зарифа с испуганным лицом. — Ханум, тут… пришла посылка. На имя Мадины. Без обратного адреса. Хозяин сказал не вскрывать и ждать его.

Небольшая картонная коробка лежала на столе в холле. Обычная, ничем не примечательная. Но она казалась зловещей. Амина подошла, не прикасаясь. На ней детским, печатным почерком было выведено: «Мадине. От тайного друга».

— Где Мадина? — В своей комнате. Рисует.

Амина поднялась наверх, заглянула в комнату. Девочка сидела на полу, окруженная карандашами. Рисовала их втроем — она, мама и папа, держащиеся за руки, над ними — огромное желтое солнце. Простое, детское счастье, которое кто-то пытался отравить.

В половине шестого вернулся Джамал. Он вошел стремительно, с ходу спросив: «Где коробка?». Увидев ее на столе, он надел тонкие латексные перчатки, которые достал из кармана, и аккуратно, с помощью ножа, вскрыл упаковку.

Внутри, на стружке, лежала дешевая пластиковая кукла. Но лицо у куклы было грубо закрашено черным маркером, а на груди булавкой был приколот клочок бумаги. Джамал развернул его. «Первое предупреждение. Следующее будет не кукле. Отзови иск против терминала. У тебя 24 часа. К.»

Он не сказал ни слова. Просто аккуратно положил записку обратно, закрыл коробку. Его лицо было маской абсолютного, леденящего спокойствия. — Где Мадина? — Наверху. Она ничего не видела. — Хорошо. — Он снял перчатки, сжег их в пепельнице, к которой никогда не прикасался. — Сегодня вечером. После ужина. Мы проводим семейный совет.

Ужин прошел в натянутой, но старательно обыгрываемой нормальности. Джамал расспрашивал Мадину о садике, слушал ее болтовню, кивал. Он даже улыбнулся пару раз. Но Амина видела, как его взгляд постоянно возвращается к дверям, к окнам, как он прислушивается к малейшему шуму.

Когда Мадину умыли и надели пижаму, он позвал ее в гостиную. Они сели на большой диван, Мадина между ними. — Солнышко, помнишь, мама говорила, что сегодня мы поговорим? — Помню. Про плохих людей. — Да. — Джамал взял ее маленькую руку в свою. Его ладонь выглядела огромной и неуклюжей на фоне ее пальчиков. — Видишь ли, у папы есть очень важная работа. Иногда из-за этой работы некоторые люди злятся на папу. Они могут попытаться сделать нам плохо. Не физически, — он быстро добавил, увидев испуг в ее глазах. — А вот так: сказать какую-нибудь гадость. Напугать. Прислать неприятный подарок, как сегодня.

— Это кукла? Та, что пришла? — спросила Мадина умными, слишком взрослыми глазами. Джамал вздохнул. — Да. Это была не дружелюбная кукла. Это было сообщение. Такие люди хотят, чтобы мы испугались. Чтобы папа отказался от своей работы. — А ты откажешься? — Нет. — Его ответ прозвучал твердо и четко. — Потому что если я откажусь, они поймут, что так можно, и будут делать это снова и снова. С нами и с другими людьми. Поэтому мы не сдаемся. Но мы должны быть умнее. Если ты услышишь от кого-то странные слова про нашу семью, про меня или маму, ты сразу расскажешь нам. Никогда не верь этим словам. Это ложь. Понятно? — А если… если мне будет страшно? — Тогда ты кричи как можно громче. И зови меня. Или маму. Или Ислама. Мы всегда будем рядом. Всегда. Ты наша крепость, понимаешь? Самая главная ценность. И мы эту крепость защитим любой ценой.