Книга Вторая жена. Я выбираю ад с тобой, страница 40 – Альма Смит

— Что теперь будет? — спросила она.

— Будем жить. Здесь. Вместе. А Амина… я подам на развод.

Она вздрогнула.

— Но она беременна.

— Знаю. — Он поставил чашку на стол. — Я позабочусь о ребенке. Но жить с ней больше не могу.

— Она не согласится.

— Согласится. У меня хорошие адвокаты. И есть основания — ложный донос, угрозы. Суд будет на моей стороне.

Динара молчала. Внутри было страшно и радостно одновременно. Страшно — от того, какой хаос они развязали. Радостно — от того, что теперь у них есть шанс. Настоящий, честный шанс быть вместе.

— Умар, — позвала она тихо.

— М?

— Я тебя люблю. — Слова вырвались сами, неожиданно даже для нее. — Я знаю, что не имею права. После всего, что сделала. Но я люблю.

Он поднял голову, посмотрел на нее долгим взглядом. Потом встал, подошел, опустился перед ней на корточки.

— Я тоже тебя люблю, — сказал он хрипло. — Наверное, всегда любил. Просто боялся признаться. Сначала из-за обиды, потом из-за долга, потом из-за страха. Но сейчас… сейчас я хочу, чтобы ты знала. Люблю. И никому не отдам.

Она наклонилась, поцеловала его в лоб, в щеки, в губы. Не страстно, а нежно, бережно, словно прося прощения. Он обнял ее, прижал к себе, и они сидели так долго-долго, пока за окном не погасли последние огни.

Ночью ей приснился хороший сон.

Она шла по берегу моря, держала за руку Умара. Вокруг никого — только волны, песок и солнце. Вдалеке играли дети — Фарид и Амиля, смеялись, бегали по воде. И было так легко, так спокойно, что не хотелось просыпаться.

Но утро пришло.

С первыми лучами солнца зазвонил телефон.

Умар снял трубку, послушал, и лицо его окаменело.

— Что? — спросила Динара, садясь на постели.

— Амина в больнице. — Он опустил телефон. — Говорят, у нее случился выкидыш.

Мир замер. Динара смотрела на него, чувствуя, как все внутри обрывается.

— Она потеряла ребенка, — продолжил Умар глухо. — И обвиняет в этом тебя.

Динара прижала руки к груди, чувствуя, как уходит земля из-под ног. Только что они были на берегу моря, в тишине и покое. А теперь снова война. Страшнее, чем раньше.

Динара не помнила, как прошло утро. Время рассыпалось на осколки — звонок, лицо Умара, его слова, повисшие в воздухе тяжелым камнем. Она сидела на кухне, глядя в кружку с остывшим чаем, и не могла заставить себя пошевелиться.

Выкидыш.

Ребенок, которого носила Амина, погиб. И теперь Амина обвиняла в этом ее.

— Динара, — голос Умара вырвал ее из оцепенения. Он стоял в дверях, уже одетый, с ключами в руке. — Я еду в больницу. Ты оставайся здесь, с детьми. Никуда не выходи.

— Умар… — Она подняла на него глаза. — Ты веришь ей?

— Я верю тебе. — Он подошел, взял ее лицо в ладони. — Ты не прикасалась к ней. Я знаю.

— Но она потеряла ребенка…

— Я разберусь. — Он поцеловал ее в лоб. — Сиди дома. Не открывай никому, кроме меня и адвоката. Поняла?

Она кивнула, хотя внутри все дрожало. Умар ушел, и дверь за ним закрылась с глухим щелчком.

Дети проснулись спустя час. Фарид вышел из комнаты, потирая глаза, и сразу заметил, что что-то не так.

— Папа уехал?

— Да, маленький. По делам.

— А мы когда поедем домой?

Динара присела перед ним на корточки.

— Мы сейчас здесь поживем. Это наша новая квартира. Тебе нравится?

Мальчик огляделся, пожал плечами.

— А Динара здесь будет?