Книга 8 Марта. Инструкция по захвату миллиардера, страница 140 – Виктория Рогозина

И всё же мысль, сначала неясная, едва уловимая, постепенно начала оформляться, складываться в нечто цельное, и, чем больше он обдумывал её, тем яснее понимал, что это будет непросто, потребует времени, усилий и, возможно, даже выхода за привычные рамки, но именно поэтому это и имело смысл.

— Да… — тихо произнёс он, уже более уверенно, и в уголках губ мелькнула тень удовлетворения. — Это сработает.

Однако, резко выдохнув, он вновь склонился над документами, возвращаясь к работе, потому что текущие задачи требовали его внимания здесь и сейчас, и позволить себе отвлечься он не мог, как бы ни хотелось. Ритм кабинета снова стал деловым, выверенным, привычным, пока тишину не нарушил негромкий стук в дверь.

— Войдите, — коротко бросил он, не поднимая головы.

Дверь приоткрылась, и в проёме показалась секретарь, аккуратно и сдержанно произнеся:

— Демид Карлович, к вам Авария Калинина.

Ручка в его пальцах на мгновение замерла. Он поднял голову.

— Пусть проходит, — ответил он спокойно, но внутри, почти неожиданно для самого себя, почувствовал, как что-то тёплое, живое отозвалось, словно одно её имя уже меняло всё вокруг.

Она здесь. Значит, была где-то рядом. Значит, приехала сама. И, возможно, это был шанс… просто увидеть её, поговорить, снова почувствовать рядом.

Он поднялся из-за стола, почти неосознанно, направляясь навстречу, и в тот момент, когда дверь открылась шире и Авария вошла в кабинет, он уже сделал шаг вперёд, намереваясь обнять её, привычно, естественно, как делал это сотни раз…

Но она отступила, едва заметно и этого оказалось достаточно, чтобы он остановился. Холод, отстранённость… Та самая, от которой у него внутри всё сжалось, потому что он уже видел её раньше — в тот день, когда она узнала правду о нём. Но ведь…

Они же всё обсудили. Они прошли через это. И сейчас это выглядело так, будто всё снова рушится. Он замер напротив неё, больше не делая попыток сократить дистанцию, и внимательно всмотрелся в её лицо, пытаясь понять, что произошло, где он снова ошибся. Авария стояла прямо, словно выстроив между ними невидимую стену, и голос её прозвучал ровно, почти безжизненно:

— Я знаю, что у тебя много работы… — она на секунду сделала паузу, будто подбирая слова, но взгляд её оставался холодным, — … но этот разговор откладывать нельзя.

Демид медленно выпрямился, сцепив руки перед собой, сдерживая порыв подойти ближе, и спокойно, хотя внутри уже поднималась тревога, спросил:

— О чём ты хочешь поговорить?

Она смотрела прямо ему в глаза, без тепла, без сомнения и от этого становилось по-настоящему не по себе.

— О твоей жене, — произнесла она спокойно, почти безэмоционально.

И в эту секунду брови Гордеева медленно поползли вверх, а в глазах мелькнуло искреннее, неприкрытое удивление.

Авария, не отводя от него того самого холодного, отстранённого взгляда, который уже однажды разрушал между ними всё, медленно достала из кармана смартфон, пальцами разблокировала экран и, сделав несколько коротких движений, будто заранее подготовленных, развернула его к Демиду, не произнося ни слова, но этим жестом говоря куда больше, чем могла бы сказать вслух.

Гордеев опустил взгляд на экран, и в следующую секунду лицо его едва заметно изменилось — на дисплее была открыта статья, сопровождаемая фотографиями, где Лера, уверенная, безупречно красивая, с тем самым холодным блеском в глазах, давала интервью, рассказывая о скорой свадьбе, о счастливых отношениях и о ребёнке, которого якобы они ждут. Демид резко выдохнул, откинувшись чуть назад, и, закатив глаза с раздражением, которое он даже не попытался скрыть, нервно усмехнулся, проводя ладонью по волосам: