Книга 8 Марта. Инструкция по захвату миллиардера, страница 27 – Виктория Рогозина

Эти слова неожиданно болезненно кольнули Демида, задев что-то глубоко внутри, и в этот момент он особенно остро почувствовал ту пропасть, которая лежала между ними, потому что для неё этот приют был целым миром — с конкретными судьбами, с живыми существами, за которых она переживала каждый день, — тогда как для него подобные вещи всегда существовали где-то на периферии внимания, среди сотен других проектов и фондов, настолько мелких на фоне его финансовых масштабов, что он, вероятно, даже не заметил бы их, если бы когда-нибудь финансировал.

Он понял, что разговор медленно начинает рушить ту тёплую лёгкость, которая ещё недавно окружала их, и потому, стараясь смягчить ситуацию, тихо сказал:

— У меня в компании есть один друг… очень хороший юрист.

Авария посмотрела на него.

— Он умеет разбираться в подобных историях, — продолжил Демид, медленно подбирая слова, — иногда даже находить решения там, где всё кажется безнадёжным, и, возможно, он мог бы помочь вам хотя бы разобраться в этой ситуации… или попробовать найти инвесторов, которые поддержали бы приют.

Несколько секунд она молчала, явно обдумывая его слова, а затем тихо сказала:

— Мне даже немного неловко это слышать.

— Неловко? — переспросил Демид.

Она кивнула и отвела взгляд.

— Когда кто-то предлагает помощь… это всегда заставляет чувствовать себя обязанной, а я очень не люблю ощущать такие долги.

Эти слова прозвучали спокойно, но Демид вдруг ясно почувствовал, как между ними начинает возникать напряжение, словно тонкая трещина в той хрупкой атмосфере, которая ещё недавно казалась такой естественной, и потому он почти лихорадочно искал правильный ответ, не желая, чтобы его предложение прозвучало как жест богатого человека, раздающего подачки.

Наконец он тихо сказал:

— Послушай…

Авария снова посмотрела на него.

— Бедные животные никак не виноваты в чьей-то алчности и равнодушии, — произнёс он медленно, и в его голосе неожиданно прозвучала искренность, которую невозможно было сыграть, — и если у меня есть хотя бы малейший шанс помочь тем, кто не может защитить себя сам, то я просто не имею права оставаться в стороне.

Авария некоторое время молчала, внимательно глядя на него так, будто пыталась разглядеть за спокойной внешностью нечто большее, понять, действительно ли его слова были сказаны из искреннего желания помочь, а не из привычки человека, для которого любые проблемы легко решаются одним звонком и переводом денег, и только спустя несколько долгих секунд тихо произнесла:

— Если это действительно искренне… если ты правда хочешь помочь, а не просто…

Она на мгновение замялась, подбирая слова, затем мягко покачала головой и всё-таки закончила мысль:

— … не просто потому, что… Если это без злого умысла, тогда это было бы прекрасно.

Её голос звучал осторожно, почти бережно, словно она боялась разрушить что-то хрупкое между ними, и Демид неожиданно понял, что для неё этот разговор значит куда больше, чем он мог предположить.

Авария нервно облизала губы, после чего будто спохватилась, опустила взгляд на часы и тихо вздохнула.

— Мне пора идти… — сказала она чуть торопливо. — Коржик и так, наверное, уже переживает, что я пропала на полдня.

Демид сразу же выпрямился, словно приняв решение.

— Тогда я провожу тебя.