Книга Развод. Украденное счастье, страница 16 – Елена Попова

Я вымученно улыбаюсь.

«Пришла посмотреть на сына своего мужа», — отвечаю мысленно.

— Не буду вам мешать, — бегло смотрю на коллегу, выхожу в коридор и вижу перед собой Марину — бледную, глаза впалые, волосы торчат в разные стороны, держится за низ живота.

Как она вообще дошла до отделения интенсивной терапии новорожденных? Ей даже с кровати вставать нельзя.

— Что вы здесь делаете?.. — испуганно смотрит на меня. — Вы… вы приходили к моему ребенку? Вам нельзя! Вы не должны приближаться к нему.

— Думаешь, избавлюсь от сына своего мужа? — прищуриваюсь, в упор глядя на нее. — Это ты у нас можешь идти по головам. Запустила свои щупальца сначала в мою душу, затем — в мою семью, а сейчас строишь из себя невинную овцу, делая вид, что не знаешь, как так вышло? Владислав рассказал мне о том, что ты ему наплела. Браво! — усмехаюсь я. — Хорошо его обработала. Нажала на нужные рычаги. Ребеночка ему родила, — качаю головой, — обеспечила себе и сыну безбедное существование. Молодец! Только в Сочи пока не торопись, ладно? Тебе придется задержаться в Москве на какое-то время. А еще попроси своего лечащего врача, чтобы назначил тебе успокоительное. Оно тебе пригодится, когда будешь отвечать за все, что сделала.

— Подадите на меня в суд?.. — округляет глаза, словно была уверена в том, что я этого не сделаю.

— А ты думала, что я это просто так оставлю? Даже не надейся! — жалю взглядом.

Обхожу ее, сую руки в карманы халата, иду к выходу из отделения и слышу вслед:

— Вам не удастся ничего доказать, Анна Александровна. Советую вам не тратить на это время. Если, конечно, вам важна ваша профессия.

Влад

— Да, купил, — говорю в трубку. — Подгузники самые маленькие и присыпку. Халат тоже везу. Ты просила шелковый, но я взял махровый. Вдруг холодно будет в больнице.

— Спасибо большое, Влад, — вздыхает Марина. — Спасибо за твою заботу.

— У тебя все нормально? Что-то мне не нравится твой голос, — спрашиваю, остановившись на светофоре.

— Как у меня может быть все нормально, когда мой ребенок находится в реанимации? — всхлипывает она. — Я только что была у него. Влад, к нему приходила Анна, — испуганно произносит. — Я не знаю, зачем. Мне очень страшно. А если она с ним что-нибудь сделает, чтобы отомстить нам?

— Не говори ерунду! У нее даже мысли такой не возникнет, — злюсь я.

Как она смеет так думать о моей жене?

— Тогда зачем она приходила к нашему сыну? С какой целью?

— Она всегда переживает за детей, которым помогла появиться на свет. У тебя были сложные роды, ребенок родился слабым, и я уверен, что Аня просто интересовалась его здоровьем. Не накручивай себя. Выбрось из головы дурные мысли. Она никогда не причинит вред ребенку.

— Я тоже думала что достаточно хорошо знаю ее, но только что она показала свою другую сторону, и мне правда стало страшно после того, как она посоветовала мне запастись успокоительными, так как она собирается устроить мне райскую жизнь. Не знаю, что она имела в виду, но после этих слов я очень сильно переживаю за ребенка. Я не хочу, чтобы она приближалась к нему. Прошу тебя, поговори с ней. Я и так практически не сплю, а сейчас круглыми сутками буду дежурить в отделении, где находится наш сын, и следить за тем, чтобы Анна снова не пришла туда.