Онлайн книга «Ключи от бездны»
|
Высик предпочел сделать вид, что имя Люськи Дрыновой ничего ему не напоминает и ни о чем не говорит. — Это когда же на Живодерке такие деньги водились, чтобы рыночные яйца под ноль скупать? — осведомился он. Парень смешался и ничего не ответил. Правда, в его глазах мелькнуло нечто, похожее на злость, и Высик готов был спорить, что это — личное, и что парень, если бы не спохватился и не струхнул, что может наболтать сверх того, что начальству полагается знать, выпалил бы нечто вроде: «Не у нее самой деньги, а у ее хахаля нового, чтоб его!..» Но Высику и услышанного было достаточно. Итак, некая — или, вполне определенная — Люська Дрынова стряпает на бандитов, особенно не скрываясь (и более того, занимает довольно уважаемое место в бандитской иерархии, раз не сама таскает сумки» а ей для этого выделен человек), и всем это известно, и все знают, где живут те, с кем она попуталась… Не могут бандиты не понимать, что какие-то слухи об этом очень быстро дойдут до милиции! Так чего же они хотят, что замышляют? — Да, кстати, — сказал Высик, — раз уж разговор зашел о Дры-новой. Припоминаю, мне о — ней что-то нехорошее докладывали. Ты скажи ей, коли увидишь, пусть сама зайдет побеседовать, по-доброму. Пока не поздно. — Да за ней, кажись, — пробормотал парень, — ничего особенного нет. — Я же не настаиваю, — хмыкнул Высик. — И зла ей не хочу. Сядем вместе с ней, разберемся, откуда берутся слухи о ее дурном поведении. И не к спеху это. Но ты все равно передай. — Хорошо, — неуверенно сказал парень. Высик еще раз прошелся по рынку, перекинулся несколькими словами со знакомыми торговками и вернулся к себе. Больше всего ему сейчас хотелось отгородиться от мира, сесть и как следует, спокойно подумать. Но именно в этом Высику было отказано. Поступил звонок из дальнего села, что за огородами мальчишки наткнулись на неразорвавшуюся авиационную бомбу. Пришлось начальнику местной милиции еще и саперов вызванивать, и дожидаться их, и сопровождать на место происшествия. В отделение он вернулся уже ближе к полуночи, усталый и готовый проклинать весь белый свет. Высик взялся за ручку двери, когда из теней возле здания милиции выступила какая-то фигура. Он резко обернулся, рука автоматически оказалась на «вальтере» — и почти сразу же пальцы разжались. В женской фигуре, несмело подошедшей к нему, он узнал, по описанию Берестова, Люську Дрынову. Да и припомнил, что не раз видел эту девчонку. Цвет ее глаз Берестов разглядеть не смог… А глаза ее были черные и блестящие — и это делало ее жутко похожей на куклу, благополучно ехавшую сейчас в Ленинград. И вообще имелось в Люське сходство с треклятой куклой: была в ней этакая кукольная грация, грация крепко сколоченных и ладно пригнанных форм и шарнирной легкости движений в суставах. Нарядить бы ее в старомодное французское платье, и… Высик усилием воли подавил странные мысли, которые навевало это сходство. — Долго ждешь? — спросил он. — Я?.. Нет… То есть, да… Вы же поговорить хотели… — Заходи, поговорим. — Может, лучше здесь? — предложила она. Высик внимательно поглядел на нее, потом кивком указал на закуток между пристройками к зданию. Когда-то в этих пристройках были милицейские (а прежде и полицейские) конюшни, но лошади в распоряжении милиции в их районе перевелись, хотя в других районах лошадей еще хватало, и теперь пристройки занимали сапожная мастерская и ателье, в котором довольно неплохо перелицовывали старые вещи. Закуток и без того был довольно укромным, а сейчас, ночью, навес над ним отбрасывал густую тень. |