Книга Соломенные куклы, страница 43 – Софья Маркелова

— Отлично! Хата нежилая. Там всё в пылище и на полу пожелтевшие газеты, – чернявый начал копаться в карманах испачкавшейся куртки. – Сейчас попробуем открыть дверь. Тут вроде просто откидной засов.

Женя достал узкую металлическую линейку и аккуратно просунул её в щель рассохшейся балконной двери. Он почти минуту безуспешно двигал линейку туда-сюда, пока с негромким ликующим смехом не поддел засов. Тот с лёгким звяканьем откинулся в сторону.

— Пацаны! Мы открыли! Саша, лезь сюда! – крикнул главарь и налёг на дверь плечом.

Та с хрустом и скрипом поддалась и распахнулась. В лицо двум неожиданным гостям сразу же бросился затхлый запах квартиры, в которой много лет никто не жил. Женя решительно переступил порог, и Мише пришлось последовать за ним.

В воздухе летала пыль, потревоженная резким порывом свежего воздуха, проникшего в квартиру. На полу шуршали разложенные газетные страницы, высохшие и пожелтевшие от старости. Миша наклонился, чтобы на одной из них рассмотреть дату – газетам было несколько лет. Комната, в которой оказались двое взломщиком, была небольшой. Гостиная с единственным шкафом, мятым запылённым диваном и опрокинутыми стульями. На потолке неровно висела металлическая люстра, над которой поблёскивал толстый крюк. Миша чуть отвёл глаза и побледнел.

Сквозь несколько слоёв побелки проступала бордовая надпись.

«Не смотри в глаза».

Женя тоже жадно пожирал взглядом эти несколько слов. Доказательство того, что история правдива.

— Ну и пылища здесь, – за спинами раздался глухой стук и шаги – это Саша спустился на балкон и зашёл в комнату.

— Ты был прав. Надпись здесь, – тихо произнёс главарь, в его голосе слышался трепет.

— Надеюсь, теперь наш цыплёнок не будет больше кудахтать попусту, – бросил Саша и пошёл изучать другие комнаты.

Миша будто отмер после этой фразы. В его голове смешались все слова о квартире, что он слышал за эти два дня. Правда, ложь, мистика… Но вот он стоял прямо под тем местом, где женщина задушила себя после того, как убила всю семью. И это была та самая комната, что он видел в своём сне. Никогда раньше Миша не бывал в этом месте, не видел обстановки, но она оказалась точно такой же, как и приснилась ему. Что всё это значило?

Мурашки бегали по коже мальчика. Кого же он видел ночью в окне?

Миша, ощущая как всё внутри него заледенело от ужаса, медленно направился на кухню, окно которой и горело светом прошлым вечером.

Маленькая кухня, уже без техники – лишь пустые распахнутые шкафы и запылённый стол. Через мутное стекло был виден весь двор и дом напротив, дом Миши. Никаких признаков жизни. В этой квартире не было ни одной живой души за последние пару лет.

Кто смотрел на Мишу из окна тогда?

Кто смотрел на Мишу из окна сейчас?

В отражении стекла совсем недалеко от мальчика стояла женщина в простом домашнем платье. Она без движения наблюдала за двором. Кудрявые волосы, шея, вывернутая под неестественным углом, оборванная верёвочная петля на горле. И руки, испачканные в крови.

Миша закричал так громко, что зазвенело стекло. А после без чувств осел на пол.

Обеспокоенные восьмиклассники так и не смогли ничего от него добиться. Миша лишь безостановочно плакал или кричал. Он практически не помнил, как ребята помогли ему вновь забраться на крышу и слезть во двор. Взбудораженные визгами соседи выглядывали из окон, и целая делегация уже поджидала верхолазов у пожарной лестницы. К счастью для банды, всё удалось выдать за обыкновенную прогулку по крышам, про квартиру никто ничего не узнал, но всё равно восьмиклассников ожидала встреча с дворовым советом и наказание.