Книга Песнь Света о черничной весне, страница 113 – Кира Цитри

— Я хочу тебя, Персефона, — прохрипел Ниалл.

Он дернул полы ее рубашки, отчего пуговицы оторвались и хрустальной крошкой рассыпались по полу. Тонкая ткань соскользнула с нежной кожи и рухнула вниз. Грудь Персефоны соблазнительно вздымалась, между ног стало невыносимо жарко и влажно. Пальцы Бога рывком приподняли бедра девушки, чтобы расстегнуть свои брюки. Сердце Персефоны в нетерпении выпрыгивало из горла, руки подрагивали, а губы ловили сладость его кожи. Морской аромат заполнил легкие, ладонь запуталась в его платиновых локонах. Ниалл отодвинул насквозь промокшее белье Персефоны и пальцы скользнули внутрь. Она ахнула, тело словно ударило током, голова запрокинулась, руки сильнее вцепились в плечи Бога. Боль должна была отрезвить его, но Повелитель Света наслаждался болью. Он хотел эту хрупкую девочку целиком, думал не сдержится и возьмет ее в ту же секунду, но ему хотелось, чтобы она кричала его имя, чтобы плавилась в сильных руках, чтобы просила его не останавливаться.

— Ниалл! — всхлипнула Персефона и задрожала. Волна удовольствия накрыла ее с головой, ударила током, заставляя тело вздрагивать от каждого касания. Горячий язык Ниалла скользнул по шее вверх, губы впились в ее. Ему нужна была черничная сладость, помутившая рассудок, горячий выдох удовольствия, сорвавшийся с них.

Ниалл развернул девушку спиной к себе, стянул юбку и белье, а затем рывком посадил на свои бедра. Она вскрикнула, вцепилась в его ладонь, лежащую на ее животе и запрокинула голову назад. Ниалл прижался горячей грудью к ее спине, едва взмахнул рукой и перед Персефоной появилось зеркало в полный рост. Она увидела сияющие лазурные глаза, припухлые от поцелуев губы, румянец на своих щеках и легкие укусы, покрывающие ее шею. Ее охватил небывалый восторг. Ниалл прошептал:

— Смотри то, что вижу я. Тебе нравится?

Ниалл задвигался чаще, рывками сажая ее на свои бедра. Персефона закричала, закрыла глаза, но Повелитель сжал ее грудь, не переходя грань между болью и удовольствием и прорычал:

— Ответь! И не закрывай глаза, я хочу, чтобы ты видела как прекрасна.

— Нравится, — выкрикнула Персефона.

Она смотрела как ее бедра скользят вверх-вниз, волосы от пота прилипли ко лбу, но стоило взглянуть на Ниалла, волна удовольствия накрыла ее с головой. Он смотрел на нее с обожанием. В бескрайней лазурной радужке золотыми крапинками сияли звезды, влажные губы скользили по шее, покрывали поцелуями спину, ладонь сильнее сжалась на ее животе и, вздрогнув, Ниалл запрокинул голову назад и застонал. Они тяжело дышали, прижавшись друг к другу. Щеки Персефоны пылали, тело приятно потягивало, а в голове было пусто, словно все мысли разом затихли и не беспокоили свою хозяйку.

Они перешли эту грань, другого пути назад нет. Кто она теперь для него? Наложница или очередная снежинка, чей черничный аромат помутил рассудок холодного Повелителя Света? Вдруг кулон засветился и до боли обжег спину Персефоны. Она вздрогнула и зашипела от боли, отстраняясь. Ниалл смотрел на горящий золотым огнем кулон и не понимал почему уже второй раз кристалл светится рядом с Персефоной.

Девушка рывком натянула рубашку, застегивая пуговицы, но Ниалл схватил ее за ладонь и протянул свою, поясняя:

— Я порвал твою. Не думаю, что тебе стоит расхаживать в таком виде.