Книга Танцующая в луче, страница 131 – Татьяна Русакова

После того, как совместными усилиями истина была установлена, и Кэрмас принялся серьёзно изучать карту, пришлось долго отвечать на его бесконечные вопросы. Я уже начала было думать, что более въедливо-нудного лесника не найти ни в одном мире, когда вдруг поняла, что, судя по его вопросам, Кэрмас досконально знает Мёртвый лес.

— Вы были там и остались живы? — удивилась я. — Тогда почему его все так боятся?

Мужчины переглянулись, и Кэрмас сказал:

— Тоже наслушалась сказок про умертвий, которые по ночам нападают на тех, кто не спит?

— Нну, — смутилась я и пожала плечами.

Мужчины усмехнулись, но как-то невесело.

— Мёртвый лес не убивает в прямом смысле слова, — сказал Грэйр. — Он меняет сущность человека, делает его другим.

Я изумлённо посмотрела на него:

— Получается, что, когда я впервые прошла через него, он сделал меня Лунной девой?

— Может быть, — задумчиво кивнул герцог. — С чего-то же появились твои способности!

— Я думала, что прежняя хозяйка моего тела владела этим даром, — тихо сказала я.

Мне вдруг стало страшно, слишком всё это было похоже на правду. И это объясняет, кстати, почему Лунная дева у них никак не рождалась. Просто не нашлось ни одной дурочки, которая бы решилась пройти через Мёртвый лес. И что получается? Если зайду в лес ещё раз, то снова изменюсь? Назад в Дашу, или он и вовсе сделает меня чудовищем?

Так. Надо срочно взять себя в руки!

— А почему вы так уверены, что Мёртвый лес меняет сущность людей? — почти спокойно спросила я. — Лангор Кэрмас, если вы там были, вы ведь тоже должны были стать другим?!

Мужчины снова переглянулись. Грэйр кивнул:

— Считаю, что между людьми, которые делают общее дело, не должно быть секретов. Покажи ей, Кэрмас. Только иди сюда, Ди, и ничего не бойся. Я с тобой.

Вступление было ничего так себе. От него мне захотелось спрятаться за спину герцога, но Грэйр просто притянул меня к себе и обнял сзади.

Я испуганно смотрела, как Кэрмас отошёл к дверям, подальше от меня, встряхнулся странным движением, каким отряхиваются собаки после купания, и вдруг его высокая фигура начала перетекать в другую плоскость.

Миг — и у дверей стоял, скалясь, огромный белоснежный волк.

— Ттак, — сказала я дрогнувшим голосом. — А Агайя об этом знает?

Наверное, я не задала бы этот вопрос, находись я в нормальном состоянии, по крайней мере, не спросила бы лесничего при всех. Но что сделано, то сделано, и я виновато смотрела на обернувшегося в человека Кэрмаса. Мужчина невесело взглянул на меня и ответил кратко:

— Пока нет. Но если наше… мероприятие не завершится успехом, я обязательно ей об этом расскажу.

— Простите, — тихо попросила я. — Это вообще не моё дело. Просто я… впечатлилась.

Грэйр неохотно выпустил меня из своих надёжных объятий и сказал:

— В нашем мире жили оборотни… давно. Кэрмас пока единственный. Быть может, в его предках и были белые волки.

«Вполне». — подумала я. Этот человек слишком естественно чувствовал себя в лесу, как в собственном доме. Да в доме-то, пожалуй, ему было тесновато, а вот среди деревьев — в самый раз. Вот только, следуя теории Грэйра, в моих предках должны быть Лунные девы, а это, увы, вряд ли.

Говорить это Кэрмасу я не стала. Не стоило расстраивать его ещё больше. Да мне и самой было о чём подумать. Упитанный призрак Даши Мирошниченко снова замаячил перед глазами.