Книга Там, где цветёт багульник, страница 90 – Элен Скор

Алексей Перовский

Я давно привык к одиночеству. Оглядываясь назад, внезапно понял, что всегда был один. Из-за связи с отцом мать была лишена выходов в свет, двери приличных домов были для неё закрыты. По этой же причине у неё не было подруг, даже родственники её сторонились.

Первые друзья появились у меня в кадетском корпусе. Там хватало и бастардов, и обедневших дворян. Из чопорной гостиной я попал в казарму, и мне тут даже нравилось, ведь я впервые был не один. Я бы и дальше продолжил карьеру военного, но злую шутку сыграло моё домашнее обучение, я был слишком начитан и образован. Именно поэтому оставил военную службу и перешел в министерство отца. Я просто не мог позволить, чтобы мои знания и умения пропадали впустую.

На первых порах я ещё время от времени встречался с друзьями, но постепенно наши дороги окончательно разошлись, и я снова остался один. Высший свет для меня, как и для мамы был закрыт, для них я по-прежнему оставался сыном падшей женщины. На новой работе друзей не завел, там, напротив, считали меня птицей высокого полёта, и сближаться не спешили.

В дом к матери я уже не вернулся, сначала снимал квартиру, потом купил своё жильё в Санкт-Петербурге, а недавно и вовсе приобрёл усадьбу в Москве. Вот только в огромных апартаментах моё одиночество стало ещё более заметным.

Кто бы мог подумать, что мои детские мечты сбудутся в небольшом доме в провинциальном Кузнецке. А виной тому одна рыжеволосая девица, она окружила меня особым домашним уютом, от которого было тепло на душе и легко на сердце.

Наши чаепития на веранде, долгие посиделки вечерами у камина, сказки для маленькой сестры хозяйки, долгие конные прогулки. Я попросился на постой, а попал в семью. Тут я не был один.

Анна делилась со мной своими проблемами, я даже несколько раз помог ей с деловыми вопросами и надо сказать, получил от этого настоящее удовольствие.

Иногда, вечерами у камина, украдкой любовался её профилем и позволял себе немного помечать, будто у нас настоящая семья. Я был бы счастлив иметь такую жену, как Анна. Жаль, это невозможно: она графиня, а я всего лишь бастард.

Эта мысль отрезвляла и я с головой окунался в работу. Мне удалось раздобыть ещё один список с фамилиями собственников земель, на которых планировалось прокладывать железную дорогу. Я объехал их всех, пытаясь выяснить, получали ли они предложения продать участки под строительство. И если получали – кто выступал покупателем.

Загвоздка случилась только с одним человеком. В списке значился помещик Яков Климов. Но как выяснилось – он умер, а его наследник проживает в столице. Я уже думал, что придётся возвращаться, но перед этим решил посмотреть на границы земель этого Климова и очень удивился, увидев знакомое название – Липки. Это же владения Анны!

Сначала решил, что ошибся. Даже на одной из конных прогулок специально взобрался на высокий холм, чтобы рассмотреть ориентиры. Оказалось, всё верно. Анна подтвердила, что прежним хозяином действительно был Василий Яковлевич Климов, но потом его владения перешли в собственность графу Никитину, а затем его дочери.

Я аккуратно расспросил, не поступало ли ей предложений о продаже земли или не дай Бог каких угроз. Даже рассказал, что скоро до Кузнецка собираются строить железную дорогу. Она очень обрадовалась, но заверила, что нет, никто ничего покупать не собирался.