Книга Запретная ведьма для тёмного мага, страница 24 – Роман Лунёв

Мы стояли так долго. Без магии. Без войны. Просто двое людей в мире, который трещал по швам.

Где-то вдалеке ухнула птица. Ночь медленно сходила на нет.

— Они ответят, — сказала я.

— Да, — согласился он. — Жёстко.

Я выпрямилась.

— Тогда мы будем готовы.

Я почувствовала Исток — не как силу, а как присутствие. Он больше не подталкивал. Он наблюдал.

И где-то далеко враг тоже наблюдал.

Потому что теперь стало ясно:

Хранительница не отступит.

Цена света

Они ударили на рассвете. Не по нам, не по Кругу. По тем, кто не мог защититься.

Я почувствовала это внезапно — будто Исток ожил внутри меня, вырываясь из груди. Перед глазами вспыхнули образы: огонь, крик, страх.

— Нет… — выдохнула я.

Дарен вскочил первым.

— Что ты видишь?

— Деревня у реки, — сказала я, хватая плащ.

Его лицо потемнело. Когда мы прибыли туда, было слишком поздно.

Дым стоял плотной стеной. Дома уже были чёрные и обугленные. Люди метались, кто-то кричал, кто-то молча сидел на земле, прижимая к себе тела.

Инквизиция не оставила знаков.

Им это было не нужно.

— Они сделали это из-за нас… — прошептала одна из ведьм.

Я почувствовала, как слова вонзаются под рёбра.

Я шла сквозь пепел, не чувствуя ног. Ребёнок, женщина, старик. Живые — и мёртвые. Исток внутри меня метался, требуя выхода.

— Алира… — Дарен схватил меня за руку. — Посмотри на меня.

Я не могла.

— Я привела их сюда, — сказала я. — Если бы не я…

— Если бы не ты, — перебил он жёстко, — они бы сгорели так же. Просто в другой день.

Я вырвала руку.

— Ты не понимаешь!

Я остановилась у тела девушки. Совсем юной. Она смотрела в небо широко открытыми глазами.

Я опустилась на колени.

— Это моя вина… — прошептала я.

Магия вырвалась сама. Земля задрожала. Воздух стал горячим, плотным. Ведьмы отступили.

— Алира! — крикнула сереброволосая. — Остановись!

Но я уже не слышала.

Ты хотела выйти в свет, — прозвучал знакомый голос внутри.

Теперь смотри.

— Замолчи! — закричала я.

Дарен оказался рядом, обнял меня сзади, удерживая.

— Посмотри, — сказал он тихо. — Они ещё живы.

Я замерла.

Я увидела: ведьмы лечили раненых, вытаскивали людей из-под завалов. Жизнь ещё была здесь.

— Ты не спасёшь всех, — сказал Дарен. — Но ты можешь спасти этих.

Я закрыла глаза. Магия изменилась. Ярость сменилась теплом. Я протянула руки, и свет стал мягким, успокаивающим. Кровь останавливалась, дыхание выравнивалось. Люди смотрели на меня со страхом и надеждой.

Когда всё закончилось, я была пуста.

Я сидела у реки, глядя, как вода уносит пепел. Дарен сел рядом.

— Он хотел этого, — сказала я. — Хотел, чтобы я сорвалась.

— Да, — ответил он. — Он проверяет, сломаешься ли ты.

— А если однажды я не выдержу?

Дарен посмотрел на меня пристально.

— Тогда я буду тем, кто удержит тебя, — сказал он. — Даже если ты возненавидишь меня за это.

Я посмотрела на него — и впервые испугалась не врага а себя.

Потому что в тот момент я поняла:

Если я потеряю контроль,

я стану тем, чего они боятся. И враг это знал. Где-то далеко он улыбался.

Потому что война теперь была не только с миром — она была внутри меня.

Ночью я не спала. Лагерь дышал тихо, ведьмы спали у костров, укрывшись плащами. Даже Исток внутри меня притих — не исчез, а словно затаился, наблюдая.

Я сидела одна у воды. Река несла в себе отражение луны, и каждый блик казался мне глазом, смотрящим в ответ.