Книга Сердце непогоды, страница 45 – Дарья Кузнецова

Больше в борьбе с собой, чем по зову милосердия, Сундукова отправилась на фронт, встретила там своего князя и за минувшие годы думать забыла о юношеском увлечении, лишь иногда с грустью вспоминала всю эту историю, потеряв связь с подругой.

Как оказалось, не забыл Ладожский. Притащился тогда, на именины, а после начал являться незваным, писал – длинно, красиво. Сначала клялся в любви, а когда Таня твёрдо заявила, что любит мужа и не предаст его, перешёл к угрозам.

Письма. Γлупые письма влюблённой девушки. В них не было ничего откровенного – во всяком случае, как помнила Татьяна, – но в злых руках, поданные правильно…. Мог случиться страшный скандал, пострадала бы репутация не её самой, на это Шехонской было плевать, но мужа! Катастрофа. Ни о какой карьере и снисхождении командования тогда бы и речи не шло! А учитывая благосклонность к княгине императрицы,тень могла пасть даже на неё, а об этом и думать было гадко.

Конечно, она сразу созналась Станиславу, и тот заверил, что со всем разберётся. В среду приехал поздно, сказал, что договорился, шантажист отдаст письма и не станет продолжать донимать Татьяну… А наутро явился этот следователь, пытавшийся опознать Ладожского.

— Не знаю, как я не умерла тогда на месте, - прерывисто вздохнула она. - Но кажется, тогда он мне поверил, ушёл, а тeперь...

— Почему ты мне ничего не говорила? – посетовала Анна. – Боже, и я его к тебе отправила! Да если бы знала…

— Ничего бы не изменилось, разве что пришёл бы он на пару дней позже, - одёрнул Натан. – Хозяйка его жилья бы спохватилась или полиция объявление в газеты дала – так или иначе всё бы выяснилось. Но почему ты думаешь, будто Хмарин винит твоeго мужа?

— Он вчера приходил. Натан, он как к врагу приходил, понимаешь? Жуткий тип, невероятно жуткий! От взгляда мороз по коже,и его лицо… – Татьяну явственно передёрнуло.

— Ты преувеличиваешь, – укорил Титов. – Обычный он. Аня,ты ведь с ним разговаривала!

— Грубый и совершенно невоспитанный тип, - отозвалась та,и брат раздосадованно вздохнул.

— Натан, можно что-нибудь сделать? - Княгиня схватила его за запястье. - Я уверена, Слава никого не убивал, но этот человек не слышит, что ему говорят! Слава обращался к Эбергарду, и тот говорил с министром, но Русин первый успел,и министр отказался вмешиваться. Сказал, дело сыскной полиции. А если это человек Русина,то ясно же, что он решит! Чтобы ослабить Эбергарда,тот и не на такое пойдёт, он терпеть не может адмирала еще с войны… – торопливо, на одном дыхании выговорила княгиня,и Титовы снова озадаченно переглянулись.

— Таня, я вполне уверен, что Хмарин – честный человек,и ни на кого он….

— Да он же с приказом от Ρусина явился! – княгиня вновь судорожно вздохнула. - Слава мрачнее тучи, слухи уже ходят… Я не представляю, что делать!

— Успокойся, во-первых,тебе о ребёнке заботиться надо. Мы что-нибудь придумаем. Я уверена, никто не обвинит князя в том, чего тот не совершал.

Натан качнул головой и ничего не сказал. Спорить – ещё больше расстраивать едва пришедшую в себя Шехонскую, она и так взвинчена до крайности, а уговаривать… Даже из лучших побуждений Титов не любил врать. Он плохо знал князя и не мог столь же слепо и искренне поверить в его невиновность, как женщины, зато знал репутацию Хмарина. Человек жёсткий и упрямый,тот, однако, отличался принципиальностью и честностью, взяток не брал, так что если подозревает контр-адмирала – значит, располагает уликами. Что тут сделаешь!