Книга Сердце непогоды, страница 61 – Дарья Кузнецова

— Условие я вам назвал такое, чтобы вы могли без особого труда и обиды для собственной чести от него уклониться, – наконец признался он и пояснил, когда барышня вскинула полный недоумения тёмный взгляд. - Поцеловали бы меня в лоб, едва ли это могло вас как-то скомпрометировать.

Ответ её он понял еще до того, как Анна сумела его озвучить, - по тому, как слабый румянец вспыхнул ярче и вновь стыдливо опустился взгляд.

— Я об этом не подумала.

— Да уж вижу.

— Но отчего вы всё-таки согласились на моё участие? Εдва ли удовольствие поставить на место малознакомую девицу вы цените выше пользы дела. – Она набралась решимости вновь поднять взгляд и справиться со смущением.

Хмарин окончательно признал для себя, что в барышне Титовой он на первый взгляд ошибся. Не беспардонная суфражистка из тех нахалок, поведением похожих на уличных торговок, а хорошая умная барышня с достойным воспитанием. Ошибки признавать умеет, смущаться не разучилась. Εё странный выбор жизненного призвания всё ещё вызывал негодование, но уже куда меньшее.

— С вашим участием больше шансов разговорить Шехонского, - посерьёзнев, ответил он и, затушив папиросу, бросил окурок в урну. – Виновен он или нет – неизвестно, а что последним Ладожского видел – факт установленный. Кроме него, никто и не скажет, куда тот дальше отправился. Садитесь.

Сегодня Хмарин взял не авто, которое по навалившему свежему снегу далеко не уедет, а извозчика с санками, в которых и откинул для спутницы полог. Пока остальные дороги не приведут в божеский вид, самый путь – только на лошадках, да с полозьями.

— Константин Антонович, - окликнул возница. - Может, до Садовой городом-то не поедем? Встрянем нынче, по такому снегу уж небось на улицах заторы. По Екатерининcкому каналу подберёмся, а там вот по лесенке подняться – и тут ваш дом нужный.

— Поехали, - согласился сыщик.

Новомодных автомобилей в Петрограде с каждым годом становилось всё больше, вот только зима пока отказывалась сдаваться им полностью. Придумали всяческие ухищрения и великое множество разных полезных вѣщей, ставили их на саночки и катали по городу. Одни снег смахивали, где булыжная мостовая получше, другие – укатывали так плотненько, что и тяжёлый грузовик не взрыхлит. Только для всего этого время требуется, а когда за пару часов сугрoбы наваливает – никуда не денешься, ждать приходится, пока погода смилостивится.

Казённых извозчиков при полиции осталось немного, так что Хмарину повезло ухватить одного незанятого. Хорошего. Саночки чистые, шкура медвежья на них хотя и потёртая, но не вовсе облезлая, лошадка тоже бойкая, не ледащая доходяга, какие порой таскали по городу расшатанные тарантасы. Шли бойко. С лихачом не сравнить, но по такой погоде только лихача и не хватало, чтобы шею свернуть на повороте.

^Лихачи – особый род извозчиков с хорошим экипажем и лошадью, отличающихся удалью и быстротой^

Анна устроилась в санках, потеснившись, чтобы уместился спутник. От шкуры остро пахло мокрой шерстью, от Хмарина – куревом и одеколоном. От резкой смеси девушка звонко чихнула, спрятав лицо в горностаевый мех, и тут же,только санки мягко тронулись, поспешила заговорить, отвлекая себя от размышлений:

— Отчего вы решили, что Ладожский связался с какими-то опасными людьми?