Книга Ты мое наказание, страница 61 – Полина Зорина

Видимо, именно это интересовало Олесю больше всего.

«А что если и так?» — набрала в ответ.

Попробовала дозвониться маме, но даже в этом месте звонок не проходил.

«Передай маме, что у меня все хорошо», — отправила сообщение. Но рядом с ним высвечивалась одна серая галочка.

— Да что ж такое! — я подняла руку с телефоном вверх, как статуя Свободы факел, и стала бродить по лесу в надежде, что телефон поймает сеть и сообщение дойдет до адресата.

Во время своих хождений я смотрела под ноги, стараясь не споткнуться о ветки, и чуть не врезалась в Ермилова.

— Ой, а что это вы здесь делаете? — пробормотала я.

Он, в отличие от меня, телефон в руке не держал и связь поймать не пытался.

Может, он уже успел позвонить или отправить сообщение и теперь возвращается назад? Вряд ли он просто решил обойти свои владения дозором.

Задумался о чем-то и потому не заметил, что мы едва не столкнулись?

Я сделала шаг в сторону, пропуская его, но он не сдвинулся с места.

Ситуация выходила неловкая. Хорошо подпивший Ермилов стоит напротив меня, не говоря ни слова. Мы в лесу одни и это меня пугало.

Может, надо было что-то сказать, но я просто решила пройти мимо и быстрее валить отсюда туда, где будут хоть какие-то люди.

Я сделала шаг вперед, но путь мне преградила рука Ермилова.

— Не так быстро. Разговор есть.

— Только не говорите, что вы специально шли за мной, — догадалась я, вспомнив, что видела, как Ермилов встал с места, стоило мне выйти из-за стола.

— Нужно поговорить без свидетелей.

Само начало разговора и тон не сулили ничего хорошего.

— Хорошо, говорите, — я сложила руки на груди.

— Ты слышала то, что не должна была слышать.

— Не понимаю, о чем вы.

— Не придуривайся. Это ты подслушивала мой телефонный разговор.

— Больно мне надо что-то подслушивать.

— Никто не должен знать о том, что я развожусь.

— И потому вы привезли свою любовницу на базу, где помимо вас куча людей, в том числе судья, который будет вести ваше дело. С чего вы решили, что я то самое слабое звено, которое всем все растрезвонит?

— Только ты слышала, что я собираюсь делать с имуществом. Ни моя жена, ни кто либо другой не должны узнать об этом.

— Не переживайте, не узнают. Я могу пройти? — я дернулась вперед.

Но он заступил мне дорогу.

— Пройдешь, когда я скажу.

— Я никому ничего не скажу, — как можно спокойнее сказала я.

— Иначе я раздавлю тебя как блоху. И то, что ты трахаешься с Соколовым тебя не спасет.

— Да вы с дуба все, что ли, рухнули? Дался вам этот Соколов! — возмутилась я. Меня больше взбесила не его угроза, а то, что он приписывал мне связь с Соколовым, как и моя сестра. Почему всех так сильно волнует сплю я с ним или нет?

— У-тю-тю какая грозная! Мне тоже такие нравятся. Только Владу ничего не говори. Будет наш с тобой секрет. От тебя ж не убудет.

Я попятилась. Точно с ума сошел. Заозиралась по сторонам. Никакой палки — и огреть его нечем. Вот теперь мне стало по-настоящему страшно.

В адекватность Ермилова я не верила.

Помочь мне здесь некому.

Даже если я закричу, меня не услышат.

— Не смейте. Только троньте меня, и я все расскажу Владу Михайловичу. Знаете, знаете, что он с вами с делает? Он вас за меня четвертует! В отбивную превратит! Инвалидом на всю жизнь оставит!

Я говорила с такой отчаянной уверенностью, будто сама не сомневалась, что на самом деле так и будет.