Книга Измена в 45. Я болею тобой, страница 39 – Татьяна Тэя

Денис порывисто подходит ко мне, опускается на пол и кладёт голову мне на колени.

Я замираю, откладываю документы в сторону и подношу руку к его тёмным с лёгкой проседью волосам.

Провожу по ёжику на затылке, ныряю пальцами в более длинные пряди на макушке и чёлку.

— Дэн… я…

— Рит…

— Дэн, почему не сказал, что происходит? Почему? А если б я узнала, что квартира эта и другая уже не наши? Вот представь, взяла бы форму девять для какой-нибудь инстанции, а там владелец не ты, а некая Валерия Зайцева, что бы было?

— Но ты не взяла и не узнала.

— И я тебя ругаю, – кладу руки ему на плечи, сжимаю с силой, прошу посмотреть мне в лицо. – Ругаю, что не поделился, что два года предпочёл отдаляться от меня, чем выложить всё как есть.

— Отдаляться? – мотает головой. – Никогда от тебя не отдалялся. Ты – моё всё. Ты ведь и сама это знаешь!

— Но я чувствовала, что что-то не так. Это ведь надо было делать вид, что у тебя никаких проблем… Так нервов не хватит.

— В таком не признаются, Рит… Это не рассказывают… Это мой позор, моя слабость…

— Какая слабость, Денис, ты такой у меня… – хочу сказать «идиот», но вместо этого, – сильный одиночка. Но ты не одинок. У тебя есть я и мальчики. Вместе мы сила. Поэтому… давай, иди звони, куда ты там собирался звонить, и поехали. Не знаю, может, всё и напрасно будет. Может, у меня в крови нет никаких следов левых препаратов. Такое ведь может быть?

— Всё зависит от времени их выведения, сколько часов прошло?

Замираю, пытаясь подсчитать, но качаю головой, сдаваясь.

— Я туго соображаю.

Денис целует мои руки, прежде чем уйти, а я, пока он говорит по телефону, тоже времени не теряю, звоню Вербенову, рассказываю, что произошло.

— Прекрасно, – говорит детектив, – значит, мы в правильном направлении копали. Скажите, где вы встречались с Анохиным, и название отеля, где ваш муж очнулся два года назад.

— Я уточню.

Вернувшийся Денис, выхватывает кусочек нашего разговора. Его глаза светятся удивлением, когда он произносит:

— Ты, что, наняла детектива, чтобы следить за мной?

Он будто не может осознать, что я могу сделать нечто подобное. Я чувствую, как в сердце нарастает волнение, и пытаюсь объяснить:

— Не только за тобой. Я хотела понять, что происходит.

— Меня обвиняешь в молчании, а сама туда же? Вместо того, чтобы поговорить откровенно, начала какие-то шпионские игры.

Он как бы подшучивает, но я вижу, что ему неприятно. А мне? Мне ведь тоже было неприятно!

— Поверь, я не сразу на это решилась. Долго думала, прежде чем к нему обратиться. А ты бы сказал? Если бы я не сделала этого, ты бы сам рассказал мне о своих планах?

Денис замолкает, смотрит под ноги, и я вижу, как он борется с самим собой. Видимо, у него самого нет чёткого ответа на мой вопрос.

— Наверное, да.

— Наверное?

Он смотрит на меня, улыбается мягко, и я думаю, сколько же всего мы наворотили. Мы любим друг друга, но закопались в лжи и сомнениях, вместо того, чтобы делиться и просто разговаривать друг с другом.

— Не уверен, но, скорее всего, да.

Уже скоро я сижу в машине рядом с Денисом, мы едем в лабораторию. Не хочу, но нервничаю. Просто напряжение, которое я испытывала последнее время выливается в такую вот мелкую дрожь. И руки трясутся, наверное, впервые в моей жизни.