Книга Развод. В 40 с чистого листа, страница 34 – Татьяна Тэя

В назначенный день приезжаю в старый свой дом на несколько часов раньше. Предварительно проверяя, что машины Пегова нет на стоянке, а ещё прощу помощницу позвонить в офис «Глоуб консалта», где ей подтверждают, что шеф на месте.

Да, я прихожу даже раньше, чем планировала, и, оказавшись в пустой квартире, ощущаю, как начинают дрожать руки.

— Успокойся… нужна трезвая голова, – бормочу я, ставя бутылку водки в холодильник. Беленькая должна охладиться, чтоб клиент дошёл до нужной кондиции.

Специально заскочила в элитный магазин, купила подороже, как Гришенька любит.

— Ты забыл, что я слишком хорошо тебя знаю, мой дорогой.

Оказавшись перед зеркалом, поправляю причёску и повязываю фартук. Выше нос!

— Ну что, Гришенька, сегодня ты сделаешь всё, что я попрошу, хочешь ты этого или не хочешь…

Пакет продуктов для приготовления как бы примирительного ужина у меня с собой.

Путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Но даже если ваши пути разошлись, бывший всё равно не откажется вкусно пожрать из рук надоевшей жены.

Это жёны приедаются, а не их стряпня.

А мою Гришка любит. Щи. Борщи. И кулебяки.

Навряд ли марамойка кормит его вкусными обедами.

На то и расчёт.

Усыплю бдительность и… подмахну нужные документы на подпись.

Я знаю, что должна быть готова к любому повороту событий, но в глубине души надеюсь, что всё произойдёт так, как я это задумала.

Когда Гриша заходит в квартиру, уверена, у него повышается слюноотделение. Он точно водит носом и идёт на запах. Прямиком на кухню, где уже накрыт стол. Я ему тут любимую рульку приготовила и пельмешек налепила домашних. Беленькую лучше под мясо. Красиво расставила посуду, даже свечи зажгла.

— О… Маря, какая красота, – голодным взглядом окидывает мою скатерть самобранку.

И я понимаю, что марамойка его точно на голодном пайке держит. А одними ресторанами сыт не будешь, даже если они очень дорогие и со звёздами Мишлен, хотя у нас в городе таких отродясь не бывало.

— По какому поводу ужин? Давно меня ждёшь? – потирает оголодавший Пегов ручонки.

— Привет, да вот освободилась пораньше и приехала, – подхожу к нему, специально покачивая бёдрами.

Я хоть и почти бывшая жена, но знаю, что Гриша на всё обращает внимание.

Вот и сейчас он нет-нет, да и бросит взгляд на мою задницу.

— А чего не позвонила?

— Да как-то не хотела беспокоить, – изображаю заботливую и понимающую, а самой в его наглую рожу плюнуть охота.

Перед глазами так и стоит та сцена, где он марамойку в подсобке приходует со спущенными до колен штанами.

Чёрт… мне теперь это никогда из памяти не вытравить?

Надеюсь, что с годами яркость картинки пропадёт.

— Ну, мой руки, садись, будем ужинать. Все разговоры потом, – отсылаю его.

— Ну Маречка, – продолжает Пегов коверкать моё имя. – Ты же знаешь, я как поем, вообще о делах думать не могу. Сначала работа, потом отдых. Вот у меня тут документы, подписать надо.

— Что это?

Григорий вынимает из дорогого кожаного портфеля нечто в тонкой папке-уголке и передаёт мне.

Я достаю листы, смотрю на строчки.

— Подпиши вот тут, – подходит он справа и показывает, где ставить закорючку.

Я слегка отодвигаюсь и смотрю на Гришу, уточняя:

— А что это?

— А это старые документы. Отзыв доступа. Ты ещё в фирме числишься, а мы нового сотрудника взяли, подняли архив, а там везде твоя генеральная доверенность, выданная на пять лет.