Книга (Не)случайный сын доктора Громова, страница 39 – Оливия Стилл

Но я уже знаю, что если упереться – она сдастся.

Чёрт, а какая она красивая, когда злится…

Глаза сверкают, губы поджаты, руки на груди. В такие моменты она похожа на взведённую пружину.

И мне до одури хочется её расслабить.

В последний раз такое творилось со мной… хрен знает когда.

Я встряхнул головой.

Надо выбить это дерьмо из головы.

Железо – это единственное, что помогает, когда мысли лезут, куда не надо.

Я выжимал штангу, сосредоточенно считал повторения, но, чёрт возьми, вместо чёрной панели перед глазами – Катя.

Её губы, приоткрытые от удивления.

Её глаза, в которых мелькает гнев, страх и что-то ещё.

Я вспомнил ту ночь.

Проклятье.

Как она смотрела на меня…

Как её пальцы скользили по моей спине…

Как она выгибалась навстречу, хватала воздух губами, терялась в ощущениях…

Мне казалось, что я уже всё забыл, но нет… Чем чаще я виделся с ней и Максом, тем отчётливее вспоминал различные детали той ночи.

Я тяжело выдохнул, бросил штангу.

Дерьмо.

Мысли никуда не делись.

Я тёр ладонью лицо, пытаясь успокоиться.

Катя мне нужна.

Так ведь?

Чёрт.

Я психанул и встал с лавки.

Хватит на сегодня. Надо подумать… Тем более я потерял неделю! Пообещал и пропал…

Но причины для этого были, а виновником этих причин стал этот грёбаный павлин!

Я только вышел из отделения полиции.

Запах – вонь хлорки и перегара, смешанная с потом.

Стены – облупленные, цвет хрен знает какой.

Свет – тусклый, давит на глаза.

Когда меня вывели в коридор, у двери уже ждал Илья Кравцов.

— Здорово, Громов.

Я скептически прищурился.

— А ты-то здесь откуда?

— Тебя вытаскиваю.

Илья ухмыльнулся.

Кравцов был моим сослуживцем. Прошли вместе через пару горячих точек.

Сейчас он гинеколог, неплохой специалист, но по сути, всё такой же пофигист и любитель влезть в чужие дела.

— Скажи спасибо, что у меня связи остались, – протянул он.

— А то так бы и гнил тут до конца срока.

— И сколько мне теперь должен?

— Ужин. И пару литров чего покрепче.

— Дёшево.

— Потому что мы слишком давно друг друга знаем, Громов.

Я фыркнул.

— Задолбал.

Он только хлопнул меня по плечу.

— Пойдём, пока твоя девочка не объявила тебя в федеральный розыск.

— Она не моя.

— Да-да.

Я только скрипнул зубами.

Мы выпили кофе, условившись встретиться через недельку, а потом я поехал к ним… Я сразу почуял, что что-то неладное, а когда вытащил практически клещами подробности из Пушкиной, был готов в тот же момент поехать и набить рожу Светлову.

Еле остановился…

Теперь я не имел права так рисковать. Любое неверное движение и меня снова упекут… Да, я выберусь, но пока буду разбираться, могу упустить время… Кто знает, что в башке у этого идиота?

Чувство, что за мной следят, пришло ещё на подъезде к дому.

Тонкий, едва уловимый инстинкт, который не раз спасал мне жизнь, сработал снова – мышцы напряглись, дыхание стало ровнее, а взгляд автоматически начал сканировать пространство.

Я поставил байк на парковку, медленно снял шлем и нарочито расслабленно огляделся, будто просто оцениваю двор.

Но уже знал.

Он здесь.

Я почувствовал его.

Шаг вперёд – и я его вижу.

Тот самый сталкер… Моё личное привидение из прошлого.

Хаким Каримов.

Восточный мужчина, средних лет.

Тёмные, густые волосы, чуть вьющиеся, собраны на затылке.

Густые брови, резко очерченные скулы, лёгкая щетина на резком подбородке.