Онлайн книга «Детство в девяностых»
|
— Да какие тут раки, с этого берега? Это вам в заводь надо, с другой стороны, — дядя Слава поднялся с покрывала, — Поехали, покажу… — Зачем вы ловите раков? Неужели вы не понимаете, что они чистят воду в озере? Вам что, одной рыбы мало?! — неожиданно встряла Лариска. Один из подростков притормозил и обернулся в её сторону. Даша и Лариса никогда раньше не видели здесь этого парня. Он был смуглый и темноволосый, с тонкими, южными чертами лица. Его контрастная внешность резко выделялась на фоне белобрысых и одинаково безликих деревенских пацанов. Очевидно, он был нездешний: приехал из города к кому-то из Валеркиных друзей. — Это чё, «Гринпис», что ли? — ухмыльнулся он. Лариска растерялась и молча стояла, глядя на него во все глаза. — Гринпис, Гринпис! Проваливай! — пришла Даша на выручку сестре и подняла палку с земли. Парень хмыкнул и, заведя мотоцикл, уехал вслед за товарищами. Лариска же, однако, не оценила Дашиного жеста. — Чего ты лезешь, а? Чего ты везде лезешь?! — напустилась она на неё. У Даши на глаза навернулись слёзы. — Я же тебя защищала… — Ты глупая малолетка. Общайся со своими сверстниками, ясно? Не ходи за мной! Лариска резко развернулась и побежала к воде. Даша, размазывая кулаком слёзы по лицу, побежала следом. — Не плыви за мной! Я же сказала! Лариска агрессивно лягнула по воде ногой, обрызгав Даше лицо. Плача от обиды, Даша вылезла на берег и побрела назад к покрывалу, где остались только тётя Валя и дядя Лёня. Полная тётя Валя, нагнувшись, собирала в целлофановый пакет остатки пищи; короткий ситцевый сарафан её задрался почти что до самого верха, частично обнажая круглые ягодицы и наполовину выскочившие из корсажа полные груди. — Ух ты, какое богатство, — пробормотал дядя Лёня, запуская руку ей под сарафан. — Лё-оня! — взвизгнула тётя Валя и засмеялась: очевидно, он её щекотал. — Ну, Лё-онь! Ну, перестань! Дети увидят, Людке доложат… — Людка — плоскодонка: доска два соска, — презрительно бросил он. — Что ж ты на ней тогда женился, а не на мне?.. — сказала Валя и оборвалась, заметив рядом Дашу. Она отпрянула от дяди Лёни, нервно одёргивая сарафан; лицо её пошло пунцовыми пятнами. — Ты… Ты… — напустилась она на Дашу, и вдруг крикнула: — Чего ты тут крутишься? Что ты всё вынюхиваешь?! — Ничего я не вынюхиваю, я шла одеваться… — Нет, вынюхиваешь! Что, интересно, да? Интересно?! Иди давай отсюда! Это было уже слишком. Даша развернулась и стремглав бросилась в лес. — Даша, вернись!!! — закричала ей вслед тётя Валя. Но она была уже далеко. Глава 8 Даша брела по лесу, сама не зная, куда, и плакала в голос. Несправедливая обида, полученная ни за что ни про что сразу от двух человек, клокотала внутри неё. Что она сделала Лариске, что та вдруг взяла и прогнала её, как собачонку? Почему тётя Валя так на неё окрысилась? За что её все так не любят, обижают, гонят? Даша вспомнила, что и мать Лариски тётя Люда, старшая сестра мамы и Вали, тоже не любит её, и постоянно к ней придирается. Как многие до глубины души обиженные дети, Даша начала распалять себя, перебирая в уме не только свежие обиды, полученные только что на озере, но и давнишние. Вспомнила Даша, как год назад Валерка и Лариска схватили её за руки-за ноги и бросили в яму с крапивой. Как тётя Люда кричала потом на неё, что она «заварза», потому что футболка и шорты испачкались в этой яме, а Лариске и Валерке за их хулиганство не было ровным счётом ничего. Вспомнила она и то, как тётя Люда кричала на её маму из-за какой-то сковородки, а та сидела и плакала, склонившись над тарелкой с пшённой кашей, и слёзы её капали на эту пшённую кашу, а Даша тоже плакала, потому что ничего не могла сделать против этой несправедливости. Вспоминая всё это, Даша шла и рыдала ещё горше, ревела навзрыд. |