Книга Врач. Жизнь можно подарить по-разному, страница 83 – Аня Вьёри

Стискиваю зубы, нажимаю звонок. Раз, второй, третий. Никакой реакции. Зажимаю, держу. Наконец-то. Пьяные крики за дверью. Голос Костика, женский смех. Ур-род. Распахивает, вероятно, не посмотрев в глазок, и тут же замирает. Довольная улыбка сползает, морда бледнеет. Красавчик. Что, сразу в штаны наложил?

— Поговорим? – спрашиваю тихо.

— О чем? – вскидывает свой тощий подбородок. – О том, как ты чужих жен по коридорам детской больницы зажимаешь?

За его спиной мелькают две женские фигурки, Костя воровато оборачивается, делает шаг ко мне, захлопывая за собой дверь.

— Что ты приперся? – кидается он на меня, как шавка. – Что ты вообще из своей Англии приперся? Пока тебя не было, все было нормально! И эта дура тихо сидела, и никто в мои дела не лез!

— Какой же ты мудак! Что ж ты так скурвился? Ты ж ее любил!

— Я? Ее? – и эта мразь пискляво ржет. – Да мне просто тебе нос утереть хотелось! Я тебя всю жизнь ненавидел!

— Меня? – реально не понимаю. Что я ему сделал? – За что?

— За то! – орет, слюной брызжет. – Почему ты всегда добивался того, чего хотел? Почему ты мог? Решил, сука, стать ученым и стал им? С какого хрена? Ты мразь из грязи! Сирота! Ты должен был побираться и подаяния просить! У меня! У таких, как я! Ты должен был ползать передо мной и унижаться! А я бы решал, жить ли тебе, и если жить, то как! А ты, гад, даже без денег в Англию прорвался! За мечтой! Так подавись же своей мечтой! Ее я отобрать не смог, но вот все остальное у тебя забра-ал, – и он довольно хохочет мерзким голоском.

Твою ж мать… Этот подонок просто всегда мне завидовал. Мне. И издевался над моей любимой и моим сыном именно поэтому…

— А, – кривлю губы в усмешке, – тебе просто нужна была моя жизнь? Моя семья? Мои деньги, чтобы себе квартирку купить? Да?

И тут он понимает. Несмотря на то, что пьян, понимает.

— Ты, – шипит, сцепив зубы, – ты! Так расследование – это ты!

— Я, – киваю. – А ты думал, я просто так позволю тебе издеваться над моей женщиной? И над моим сыном? Ты вылетишь с должности, Костян! А если не прекратишь ей слать вот это все дерьмо, – достаю Катин телефон, – то еще и сядешь за угрозы! Я постараюсь психиатрическую экспертизу добавить… Как помешавшемуся от неразделенной любви! Распространенная причина, знаешь ли.

И тут этот задохлик бросается на меня с кулаками. Он. На меня. Не наоборот. Просто смешно! Уклоняюсь, перехватываю его руку, выворачиваю, прижимаю его к стене.

— Ах ты… – но договорить не успеваю.

Этот гад начинает верещать на весь подъезд!

— Помогите! Убивают! Вызовите полицию!

У меня за спиной щелкает дверной замок. Я понимаю, как выгляжу. Татуированный мужик в коже на голову выше Костика приперся к нему домой, руки выворачивает.

— Ну ты и подонок, – шиплю я, а Костя ржет.

Реально нагло ржет.

— Что здесь происходит? – несмело спрашивает за моей спиной мужик лет сорока.

— Ничего, – отхожу от него, – пытался поговорить по-мужски, да не с кем.

Делаю шаг в сторону лестничного пролета.

— Вызывать полицию? – испуганный женский голос.

— Не надо, – все тот же мужской.

Да… Не очень популярен ты здесь, Костик.

— Захарский, – летит мне вслед.

Замираю.

— Я все равно тебя уничтожу, Захарский! Будешь гнить в канаве! На обочине!

Оборачиваюсь. Он стоит, шатаясь, держится за стену.