Книга Измена. (Не) чужой ребенок, страница 27 – Аня Вьёри

— Маш, все не так, как ты думаешь, – начинаю оправдываться я, хотя сам себя заклинал этого не делать.

— А откуда ты знаешь, как я думаю? – вдруг усмехается моя Маруська и усаживается за стол, высокомерно вскинув подбородок. – Ты, что ли, мысли мои читаешь? Или как?

— Нет, не читаю, но я вполне в состоянии проанализировать все происходящее и спрогнозировать твою реакцию, – выдаю ей на автомате.

— Да, – она ехидно усмехается. – А сейчас ты что спрогнозировал? Чего заволновался? Думал, что я домой не поеду после встречи с твоей любовницей?

— Она не моя любовница, – рычу я, но Маша иронично вскидывает бровь, и у меня все холодеет внутри.

Нет.

Только не это.

— Ты с ней говорила?

— Имела честь, – усмехается Маша, медленно отпивая чай. – Она мне разрешила пользоваться своим сыном, – почти беззаботным тоном произносит моя Маруська, – в обмен на то, что она пользуется моим мужем, – и в меня летит убийственный взгляд.

— Нет! – я вскакиваю, мои губы сами собой брезгливо искривляются. – Ты ей поверила?!

— Сашка ее сын?

Короткий вопрос, не подразумевающий развернутого ответа.

— Маш.

— Она родила Сашу? – с нажимом переспрашивает моя жена. И я вспоминаю данное самому себе обещание не врать ей больше.

— Да, – медленно оседаю на стул. – Она родила Сашу.

— Позволь спросить, – моя Маруська очаровательно улыбается, – а зачатие происходило естественным путем?

Молчу.

Жутко хочу сказать “нет”, но не могу.

Да этого уже и не надо.

Она все поняла.

— Да, Маш, – смотрю жене прямо в глаза. – Я с ней переспал. Один раз.

— Этого хватило, да? – смеется Маша. – Я тут четвертый год пороги центров планирования семьи обиваю, а там одного раза хватило.

Опять молчу.

Что я могу сказать?

Да.

Хватило.

— Я поздравляю тебя, Егор! – резюмирует Маша, и я хорошо слышу в ее голосе приближающуюся истерику. – У тебя все вышло так, как нужно было твоей семье! Сын! Наследник! Раньше, чем у Федьки! – она внезапно вскакивает, упирается в стол ладонями. – У меня только один вопрос, – а вот и истерика. – Зачем ты вмешал в это меня?! Какого черта, Полянский? Разводился бы, женился на ней.

— Маша, ты не понимаешь, – я пытаюсь сдержаться.

— Точно! Не понимаю!

— Все было не так!

— А как? Что там было, Егор? Жена-неврастеничка и роскошная любовница на стороне?

— Нет! Черт! – тоже подскакиваю, случайно смахиваю на пол чашку, но ни я, ни Маша на это не обращаем внимания. – Нет! Я это сделал из-за тебя!

— Что? Ты пошел налево из-за меня?

— Да!

— Ты решил сделать себе на стороне ребенка из-за меня? – она истерично хохочет, отступает от стола.

— Нет! Я хотел, чтобы мы развелись! – ору на всю кухню.

— Что? – Маша немеет.

— Я хотел, чтобы мы развелись, – повторяю тише. – Но я хотел, чтобы в разводе был виноват я… Чтобы я был в твоих глазах подонком!

— Ах вот оно что… – Маша горько усмехается. – Какое благородство! Прикрыть своей изменой неполноценность жены…

— Маша, нет! – тру лицо ладонями. – Маша, я никогда не считал тебя неполноценной!

— Да? Тогда зачем же ты заделал на стороне ребенка?

— Да мне нахрен не нужен был этот ребенок! – ору уже не на всю кухню, а на весь дом. – Я не хотел его. Не от нее точно! Не хотел!

— Даже так… – Маша смотрит на меня с презрением. – Знаешь, Полянский, у тебя получилось.