Книга Рождённые во грехе, страница 27 – Люси Дарлинг

Маттео несколькими словами возвращает мне тепло и пушистость. Дело не в том, что мне что-то нужно, просто он так решил.

— Ты говорила, что хочешь позвонить своей сестре.

— О, пожалуйста, позволь мне сделать это сейчас. Не заставляй меня ждать. — Я тянусь и беру его за руку. Он переплетает свои пальцы с моими.

— Это не звонок. На самом деле, это то, с чем мне пришлось столкнуться сегодня утром.

Хмурю брови, не понимая, что, черт возьми, он имеет в виду.

— Не понимаю.

— Хорошие вещи приходят к тем, кто умеет ждать. Сходи к врачу, и ты получишь свой сюрприз.

Думаю, у меня нет другого выбора, кроме как встретиться с врачом. Маттео даже не подозревает, что я не единственная, кого сегодня ждет сюрприз.

Маттео

— Мы можем побыть несколько минут наедине?

— Нет, — говорю я доктору, не двигаясь с места на краю кровати.

— Маттео. — Мона смотрит на меня умоляющими глазами. Мой взгляд мечется между ней и доктором.

— Серджио? — я оглядываюсь на него.

— Единственное оружие в ее сумке — это игла.

— Checavolo (в пер. с итал. — какого черта), — бормочет доктор Маути, качая головой. — Я бы никогда не причинила вреда Каттанео.

Знаю, что обидел ее, но, честно говоря, мне все равно.

— Что она сказала? — Мона морщит нос.

— Какого черта, — отвечаю ей.

— О, да. Checavolo. — повторяет Мона.

Я борюсь с улыбкой. Сейчас не время. Знаю, она сказала, что чувствует себя лучше, но никогда нельзя быть полностью уверенным.

— Я могу поговорить с доктором наедине.

— Почему?

— Она может задавать мне девчачьи вопросы.

— Я видел все твои девчачьи вопросы.

Лицо Моны начинает розоветь.

— Маттео, — шипит она на меня.

— Хорошо. — Впервые в своей жизни я смягчаюсь.

— Я знаю, — говорит доктор Маути, прежде чем успеваю сказать, что ее жизнь будет в опасности, если она тронет хоть волосок на голове Моны.

Я говорю ей по-итальянски, что Мона моя. Что она будет моей женой и что следует относится к ней соответствующе. Она кивает в знак согласия.

Прежде чем выйти из спальни, обхожу кровать и крепко целую Мону в губы.

— Если ты что-нибудь услышишь...

— Знаю, сэр, — говорит мне Сэл, оставаясь на пороге спальни.

— Куда вы ее поместили?

— В ту же комнату, которую вчера выбрала ее сестра.

— Она сопротивлялась?

— Нет, она была похожа на оленя в свете фар.

Уверен, что это шокирует, когда в дверь твоего отеля вламываются с обыском. О'Хэйры все еще играют в свои старые игры. Они уже строили планы выдать сестру Моны замуж. Девочка еще даже не достигла совершеннолетия.

— Отойди, — говорю одному из мужчин, стоящих на страже у двери девушки. — Райли, верно? — Серджио кивает. Стучу, но не жду ответа. Открываю и вижу, что она смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Ее зеленые глаза темнее, чем у Моны. Я вижу сходство, но она не такая привлекательная, как мой маленький кролик.

— Моя сестра? — спрашивает она, переплетая пальцы перед собой.

— Это причина, по которой ты здесь.

— Тогда я могу ее увидеть? — ее глаза наполняются слезами. Они не действуют на меня так, как слезы Моны. Эта женщина действительно имеет на меня влияние.

— Нам нужно установить некоторые правила. — Она кивает. Уверен, что у Райли их было много в ее собственном доме. — Ты не должна выходить из дома. Если я скажу тебе что-то сделать, ты сделаешь это без вопросов.