Книга Нежданное счастье майора Громова, страница 24 – Таня Поляк, Татьяна Каневская

— Зачем ты это говоришь сейчас?

— Чтобы ты знала. Я — идиот. Потерял тебя. Сам виноват во всём. Жалею, что отпустил. А когда одумался, было поздно. Ты вышла замуж, и в ЗАГСе была такая счастливая, что я…

— Ты приезжал? — спрашиваю удивлённо.

— Да. Приезжал. А у тебя свадьба. Дурак, надо было украсть.

Я тихо смеюсь. Представляю шок жениха, родителей и гостей.

— Я бы с тобой убежала, Саш, — признаюсь тихо.

— Ты, правда, любила его? — тихо спрашивает Саша.

— Да, Саш. Я полюбила. Ты же меня знаешь, я бы не смогла быть с человеком без чувств. Олег показался мне надёжным, любящим, верным. Последнее было очень важным требованием. Ну, и я ведь была не одна уже. Мне было важно, чтобы он хорошо относился к дочке.

— Хорошо? Он её книги любимые отобрал, — зло цедит сквозь зубы Громов, и я понимаю его эмоции.

Я сама тогда была в шоке от поступка Олега. Я даже не заметила, как он эти книги из дома вынес. А когда вручал племяннице, увидела реакцию Вероники. Она, конечно же, узнала свои книги с закладками, но было уже поздно. Рита так искренне радовалась, плакала от счастья.

Сестра Олега жила откровенно бедно, и не смогла бы позволить купить малышке такой набор книг. И как я могла отобрать у девочки её мечту? Я и не смогла. Пообещала Веронике купить новые книги, а Олегу наедине устроила разнос. Ужаснее всего то, что он и не понял, что такого страшного совершил.

Тогда я поняла, что ошиблась в выборе спутника жизни. Ну а после был мой диагноз, испуганные глаза Олега, быстрый сбор вещей и уведомление на «Госуслугах», что он подал заявление о расторжении брака.

Мы прожили вместе четыре года. Я смело могу назвать их счастливыми. Но только эти четыре года.

— Я не оставила это без внимания, поверь. Просто когда собиралась купить новые книги Веронике, узнала о своём диагнозе, завертелась в исследованиях, а дочь и забыла о моём обещании, потому что запоминала информацию, как меня спасти в случае необходимости.

При этих словах Саша крепче прижимает меня к своей груди.

— Ты могла прийти ко мне, — говорит мне на ухо и вдыхает мой запах у основания шеи, снова вызывая стаю мурашек на коже. — Я бы помог. Я бы был рядом.

— Это ты сейчас говоришь. По факту, Громов. А я знала, что у тебя карьера на пике, что у тебя отношения в разгаре. Зачем тебе я со своими проблемами? Бывшая жена, которая не выдержала испытание твоей службой и ушла, скрыв ребёнка. Ты же видел реакцию своей Вики на наше появление. Думаешь, она бы отреагировала иначе, позволила бы тебе помогать мне и дочке? Мы для неё — большая опасность. Мы для неё — враги. Она бы сделала всё, чтобы избавиться от нас. Поэтому я сначала подготовила дочь, потом решилась приехать к тебе.

— А почему ты приехала буквально перед операцией?

— Потому что мне позвонили и сообщили, что появилось окошко для моей операции?

— Окошко?

— Это значит, кто-то не дожил до операции, Саш. И это место отдали мне, потому что я была в списке срочных пациентов.

Жуткие слова. Но это правда.

Мы замолкаем. Я не знаю, о чём думает Саша, а меня теперь грызёт совесть. В моей голове проигрывается столько сценариев того, как бы могла сложиться жизнь Вероники, если бы в её жизни отец появился раньше.

Не факт, что мы с Сашей вновь стали парой. Но я уверена, что он не стал бы отказываться от общения с дочкой. Я бы, может, привозила её к нему на выходные. Мы бы, может, вместе летали к морю. Столько всего могло бы быть, если бы не моё эгоистичное решение.