Книга Пончик для Пирожочка, страница 52 – Элис Айт

— Сидеть! — рявкнул я, пока пес не бросился на гостей.

Филеран, побледнев, шлепнулся обратно на сиденье.

— Простите, я не вам, — извинился я, с укором посмотрел на Пирожка и вслух ему сказал: — А ну-ка пойди погуляй, дорогой, чтобы мне опять не пришлось за тебя краснеть.

Пес тем временем не отрывал взгляда от коробочки в руках парня. Я вздохнул. Ну ясно. Опять мохнатый проказник почуял сладкое, которое ему нельзя. А судя по тому, что я слышал о Фейманах, они добавили в свои булки магические ингредиенты, так что волдог в буквальном смысле унюхал свой обед.

— Давай-давай, — я подтолкнул Пирожка к выходу. — Ты и так уже получил сегодня сладостей сверх меры.

Пес обиженно посмотрел на меня — дескать, слишком много вкусностей не бывает — и с видом оскорбленной гордости медленно вышел из кабинета. Чтобы не вставать, я закрыл за ним дверь воздушной петлей, и повернулся обратно к гостям.

Филеран отчего-то до сих пор был бледен.

— Да вы не волнуйтесь, — попытался успокоить его я. — Пирожок не ест живых людей. Особенно коруэлльцев.

Кажется, фраза прозвучала как-то не так, потому что бедняга побелел окончательно.

Я прочистил горло и перевел тему:

— Спасибо за угощение. Так о чем вы хотели поговорить, мистер Фейман?

Тот тоже прокашлялся.

— Могу ли я говорить начистоту, ваше сиятельство, как деловой человек с деловым человеком?

— Конечно.

Взгляд Феймана-старшего скользнул по кабинету.

— Для многих, кто серьезно ведет дела в Шенберри, не секрет, что вы по вине отца находитесь… в некотором стеснении в отношении свободных средств. Как я уже говорил, вчера мне стало известно, что вы ищете покупателей или арендаторов для принадлежащих вам владений. Однако в списке я не увидел кафе-кондитерской «Сладкое волшебство».

— Да, так и есть. Я пока еще в сомнениях насчет его судьбы, — понаблюдав за хитрым лицом предпринимателя, я после паузы добавил: — Если вы осведомлены насчет дел моего отца, то наверняка знаете, что это заведение было ему дорого. И мне тоже.

— Поэтому я хочу сделать вам особенное предложение, — с нажимом произнес он. — Я выкуплю «Сладкое волшебство» и оставлю его профиль прежним — там все так же будут продавать кондитерские изделия, изготовленные с применением магии, но теперь под нашей маркой. Название кафе я не изменю. Память о вашей матери, которая его придумала, не просто будет сохранена, но и продолжит жить дальше.

Я упер локоть в столешницу и положил подбородок на сжатые в кулак пальцы, внимательно глядя на Феймана-старшего.

— И за сколько вы готовы купить «Волшебство»?

— Десять тысяч толлеров, — не колеблясь, ответил он. — Разумеется, это с тем учетом, что мне перейдут вся мебель и оборудование.

Хотя на войне я привык ничему не удивляться, но сейчас изумленно вскинул брови.

После рассказа Харвела о том, что Фейманы хотели выкупить склад по несправедливо низкой цене, в нынешнее предложение от них попросту не верилось. Оно в самом деле было невероятно щедрым, а сумма — очень и очень приличной. За короткое время, проведенное в Шенберри, я не успел досконально разобраться в ценах за недвижимость, однако уже понимал, что кафе со всем его содержимым стоило значительно меньше.

Главное — цена не просто покрывала ближайшую, срочную выплату кредиторам, а даже превышала ее. У меня появлялось время хорошо подумать, где найти деньги для избавления от всего долга, а не бегать в панике, распродавая отцовских охотничьих собак, живопись художников прошлого века и фамильные ценности.