Книга Пончик для Пирожочка, страница 57 – Элис Айт

Дома, поставив на стол банку, мы осторожно приоткрыли крышку и заглянули под нее. Внутри слабо мерцала похожая на мед тягучая жидкость, от которой исходил тонкий и сладкий цветочный запах. Минни втянула его в ноздри и томно вздохнула.

— Боже, да это ж неразбавленный сок! Я уже и не помню, чтобы к нам такой возили. Сколько он стоит, интересно?

— Лучше и не пытаться рассчитать, — предостерегла я подругу. — Нам его не продавать нужно, а аккуратно расходовать на выпечку.

— Да тут на целый месяц экспериментов хватит. А то и на два! — уверенно ответила она.

— Больше чем на два, — задумчиво ответила я, оглядывая банку. — Намно-о-ого больше.

Сок винного дерева был большой редкостью. Поговаривали, что мятеж в Танджании именно из-за него и начался.

Винные деревья росли только в этой стране, а называли их так за светло-коричневый сладкий сок, который дарил каждому, кто сделает хотя бы глоток, ощущение запредельного счастья и легкость в теле, будто от бокала вина. В отличие от алкоголя или наркотиков, это танджанийское растение не вызывало привыкания, и от него не бывало похмелья. Но и к безобидным его отнести не получалось. Кто же по собственной воле откажется от постоянной эйфории?

Местные танджанийские племена испокон веков использовали сок винного дерева в своих ритуалах. Им не понравилось, что коруэлльцы тоже заинтересовались этим растением. И ладно бы его получилось культивировать, но нет, оно категорически не желало расти в других местах. Пока наши ученые ломали головы, в чем причина, а коруэлльцы пытались наладить торговлю соком, танджанийцам успело надоесть, что чужаки вмешиваются в их дела и «отбирают у них счастье».

Вот так «счастья» не стало у всех, потому что в охваченной войной стране оказалось не до сбора сока.

Должно быть, отряд Райатта… лорда Ардана, мысленно поправила я себя, вспомнив о его просьбе, сумел получить контроль над одним из деревьев. А может, и над целой рощей. Только так получалось объяснить, откуда у графа столько сока. В Коруэлл он, конечно, попадал, но в гораздо меньших количествах, чем до войны, и стоил гораздо дороже. Ардан сильно ошибся, сказав, что ничего не теряет, отдавая мне целую банку. Пирожных от Фейманов хватит на два-три обеда для волдога, здесь же насчитывалось несравнимо больше.

Для меня это было настоящим спасением. Пока не научусь заряжать выпечку собственными чарами, а это может никогда и не произойти, если попасть на завод и перестать ежедневно упражняться в готовке, достаточно добавлять в тесто для пончиков всего пару капель сока. Такой дозы должно быть достаточно, чтобы посетители не падали в обморок от эйфории прямо у прилавка, а ощущали всего лишь легкую приподнятость настроения.

Может, недели и не хватит, чтобы у «Волшебства» за моими пончиками выстраивались очереди, как того ждал Ардан, но славу я приобрету быстро. Сока-то в нашем провинциальном городе больше ни у кого нет, даже у Фейманов. Сколько бы они ни пихали магии в свои булки, эффекта, как у винного дерева, им не добиться. А банку такого размера можно расходовать, наверное, полгода.

Полгода я буду кулинарной королевой Шенберри. Прямо-таки мечта…

Я вздохнула, наклонилась, поискала на нижних полках чистую тару из-под уже закончившегося варенья, затем открыла банку с соком и приготовилась переливать.