Книга Мой герцог, я – не подарок!, страница 93 – Елена Княжина

Боги… богини! Смена сезонов! И победила Триксет!

Не Сато… Значит, тропинка для иномирян не откроется, сколько ни стучись в божественную калитку. А если сменится сезон, я упущу свой последний шанс пообщаться и с Верганой.

Раз нельзя выпустить меня из чудно́го мира, пускай богиня хотя бы снимет брачное клеймо. И вышлет герцогу другой подарок – рыжий, чистый и отутюженный.

«Смена… Новый сезон… Победила…» – гулко разлеталось по коридорам.

Черт! Я почти опоздала. Почти.

Пока «ледяная стерва» Триксет не заселилась в чужой храм, оставался шанс достучаться до хозяйки. Наметив взглядом цель, я сощурилась… и кивнула. Пойду к Вергане немедленно, и пусть не думает крутить передо мной расфуфыренным священным хвостом!

* * *

«Габ где-то в столице…» – шелестело в ушах сонным голосом принцессы.

Но вчера мой супруг в академии не объявлялся. Выходит, визит он наносил кому-то другому. Скажем, одной ревнивой леди с красными кудрями, припухшими губами, усталым видом и сползающим пеньюарчиком.

Мысль о неверности «благоверного» заставила кровь в венах злобно закипеть. Вот ведь кворг блудливый! Или причиной была сатарская жара? Нет, правда, какое мне дело, с кем коротает ночи случайный муж? Главное, что не со мной и моими юбками.

Покидая спальню, я все же решила надеть косметический браслет. Сам себя не сбережешь – богини беречь не станут. Черт знает, где в Пьяни живет Сиелла Ротглиф.

Грумль ночью обеспечил подзарядку: камешек проработает от двух до четырех часов, превращая серую, безликую Лизавету в рыжий леденец по имени Эмма. За это слюнтяю достанутся самые вкусные лакомства из столовой для высших и долгая вечерняя прогулка.

Для выхода в город я выбрала вчерашнее голубое платье. Тонкая ткань приятно охлаждала, раскатываясь по телу легкомысленным шифоном. Галлея сказала, что оно мне «к глазам»… Но сейчас те были охристо-медовыми, а по плечам расстелились непривычные рыже-золотые локоны.

К моменту, когда я спустилась с академического холма и достигла ворот Пьяни, пот с меня струился бурными реками. По вискам, по ключицам и вниз, в благородный вырез. Но это испытание было ерундой. Дальше мне предстояло подняться по почти отвесному склону, защищенному острыми валунами и колючими кустарниками.

Пробуравив толпу горожан насквозь, я вышла на дорожку, уводящую влево, к самой скале. Отсюда, с низшей точки, «гора Верганы» выглядела до одури высокой. Неприступной.

Я начала подъем. Истрескавшаяся тропа петляла между камней и просила влаги. Я щедро орошала ее соленым потом: капало даже с носа. И все мысли были лишь о том, чтобы повернуть, оставить… Не так уж сильно чешется петелька, застывшая на ладони.

Но я упрямо вонзала пятки в сухую землю, пользуясь каблуками, как альпинистскими крючьями. Цеплялась за гладкие корни, избегая колючих ветвей. Лезла на полусогнутых, опасаясь сорваться и в этот раз убиться уж наверняка.

Раз жаждала подношений, не могла Вергана озаботиться ступенями? А лучше бы магическим эскалатором или фуникулером!

Наконец, измотанная жарой и подъемом, я вползла под своды роскошного храма. Натурально – на полусогнутых. Из серокаменного нутра дыхнуло прохладой: где-то в пустом зале работал кондиционер.

Я распрямилась, отряхнула пыльную юбку и подняла взгляд. Обрисовала женский силуэт за алтарем. Нет сомнений, интерьер тут пока не меняли: во главе храма стояла Вергана, покровительница дев в беде и варваров-генералов.