Книга Попаданка. Драконы. Бунт против судьбы, страница 117 – Диана Эванс

«Скучаю. Вернусь.»

Эстрид прижала еще теплый от чьего-то дыхания камень к груди, прямо к сердцу. На её губы, впервые за этот долгий вечер, вернулась тень улыбки.

Они не сдадутся. Никогда.

Эстрид сидела в пыльной, полуразрушенной башне на самой окраине замка, где когда-то хранились древние, давно истлевшие свитки. Лунный свет, просачиваясь сквозь разбитые витражи, рисовал на каменном полу призрачные узоры. Перед ней на грубо сколоченном столе лежала драгоценная, украденная карта Логова Старейшин это единственное, что удалось раздобыть Вейрику ценой трех бутылок крепчайшего эля и пары лестных слухов для подвыпившего стражника-дракона.

— Они держат его в Сердце Горы, — провёл пальцем по потертому пергаменту Архайон, его палец остановился на центральной, самой защищенной камере. — Там, в пещерах роста, обучают весь молодняк основам. Но попасть туда незамеченным…

— … совершенно невозможно, — закончила за него Лейнира, склонившись над картой и разглядывая замысловатые рунические схемы охраны периметра. — Если ты, конечно, не чистокровный дракон. Или…

— … не наполовину дракон, — Эстрид медленно подняла голову, и в глубине её человеческих глаз вспыхнули знакомые золотистые искры, отблеск её второй, скрытой сути.

Архайон резко встал, его могучая фигура заслонила слабый свет, и тень заполнила всю маленькую комнату.

— Это безумие. Чистейшая вода. Если тебя поймают в самом логове… Они не станут разбираться. Это будет расценено как вторжение и воровство.

— Ты что, думаешь, я позволю какому-то древнему, слепому закону разлучить нас с ним навсегда? — она тоже поднялась, и в этот момент её крылья, обычно незримо скрытые под кожей, напряглись и выпрямились, чуть приподнимая ткань платья сзади, словно готовые расправиться.

Между ними повисла тяжелая, звенящая тишина.

Потом Лейнира, наблюдающая за ними, неожиданно рассмеялась — коротким, хриплым, но искренним смехом.

— Чёрт возьми. Вы действительно пара. И, как вижу, самые настоящие, упрямые родители.

К рассвету, затушив последнюю свечу, они разработали три отчаянных варианта проникновения. Первый под видом послов с несуществующими дарами. Второй через Пещеры Мертвых, старые катакомбы. Но там, по слухам, обитали неупокоенные духи первых драконов, и ни один живой за последний век оттуда не вернулся. И третий, с помощью Маски Забвения, последнего осколка древнего артефакта, который Эстрид чудом сохранила.

— Она может скрыть наше присутствие, сделать нас призраками для их взора, — прошептала Эстрид, перебирая в пальцах холодный, отполированный временем осколок, испещренный микроскопическими трещинами. — Но её сила почти иссякла. Ненадолго. От силы на четверть часа.

Архайон молча сжал её руку, и в его прикосновении была вся решимость мира.

— Значит, надо быть быстрее молнии. Быстрее мысли.

Сердце Горы оказалось не просто пещерой, а колоссальным подземным миром. Высокие, уходящие в темноту своды, освещенные светящимися мхами и кристаллами; гигантские сталактиты, словно каменные клыки; и внизу, на огромной тренировочной площадке десятки драконят всех размеров и расцветок, под присмотром суровых наставников учившихся летать, управлять пламенем и маскироваться.

Искрёнка они нашли в самом дальнем, заброшенном углу пещеры. Он сидел отдельно от шумной стаи, поджав под себя маленький хвост, и грустно подбрасывал камешки, пытаясь поджечь их слабыми, неуверенными искрами из ноздрей. Его золотые глаза были потухшими.